GOLOS
RU
EN
UA
golosmedia
3 года назад

Почему все делают трагедию из падения ВВП? Можно оценивать экономику по-другому?

Источник: Open Economy

На вопрос отвечает Олег Сальманов, журналист

Со всех экранов российские чиновники рассуждают о том, как остановить падение ВВП. Официальный прогноз Минэкономразвития на 2016 год предполагает сокращение ВВП на 0,6%, до 82,8 трлн руб. (фактический результат будет объявлен позже). И это на фоне 3%-ного роста мировой экономики! Катастрофа?

Экономист из Харькова

«Одно из величайших изобретений XX века», — так Бюро экономического анализа США говорит о показателе валового внутреннего продукта (ВВП), с середины прошлого века ставшего для экономистов основным инструментом измерения и сравнения экономик разных стран.

Наш сегодняшний мир вообще родился из руин того, что сгорело в огне двух мировых войн XX века. Именно после второй из них была заложена существующая мировая система, ее принципы и правила. Это касается как общественно-политического ландшафта (ООН появилась в 1945 году, Всеобщая декларация прав человека была принята в 1948-м), так и экономического: «золотой стандарт» (денежная система, при которой роль всеобщего эквивалента играет золото) был отменен в 1944-м после Бреттон-Вудской конференции. Именно экономическая система, родившаяся в результате Бреттон-Вудских соглашений, и проложила путь ВВП как основному мерилу экономики.

Хотя родился он благодаря другому глобальному мировому потрясению — Великой депрессии 30-х годов, поставившей перед правительствами задачу адекватно измерить рост или падение экономики страны.

В 1934 году бывший статистик отдела труда харьковского бюро ВЦСПС, американский экономист Саймон Кузнец провел скрупулезную работу по подсчету национального дохода США, объявив, что с 1929-го по 1932 год он сократился вдвое. Эта работа легла в основу того, что позже стало известно как ВВП.

Проблемы в расчетах

Цель ВВП амбициозна — измерить в денежном выражении всю экономику страны. Чтобы сделать это, экономисты подсчитывают все доходы или расходы внутри страны, либо весь выпуск продукции и количество оказанных услуг.

В теории эти цифры должны оказаться равны, но на практике это далеко не всегда так, ведь в поле зрения статистиков попадает далеко не все. Так, даже в США доля теневой экономики, не попадающей в статистику — работающие на дому, мелкие предприниматели, уклоняющиеся от уплаты налогов, нелегалы и т.д. — оценивается в 7% ВВП, а в странах бывшего коммунистического лагеря она доходит до 30%. В 2006-м Греция решила включить его в расчет своего ВВП, и одно это увеличило показатель на 25%, что оказалось весьма кстати для получения новых займов.

И это не единственная проблема в расчетах. Так, чтобы можно было сравнивать показатели разных лет, нужно учесть инфляцию цен. Так, если я продам вам яблоко за 10 рублей и затем куплю у вас за те же 10 рублей две сливы, то наш с вами ВВП будет равен 20 рублям. Но если в следующем году мы увеличим цены вдвое, то «номинальный ВВП» вырастет до 40 рублей, хотя размер нашей микроэкономики останется тем же — яблоко и две сливы. И если в нашем случае инфляция считается легко, то вычисление среднего роста цен для всей экономики задача не из простых.

Если для промышленности все довольно просто (все-таки ВВП был придуман в индустриальный век), то уже для финансового сектора методика подсчета объема производимого полезного продукта за время существования ВВП несколько раз менялась.

«Статистика — как бикини: она показывает заманчивые детали, но скрывает самое главное».

Аарон Левенштейн

«А чем вы занимаетесь?» — спросил я. «Как и вся наука, — сказал горбоносый. — Счастьем человеческим». — «Понятно», — сказал я».

Аркадий и Борис Стругацкие, «Понедельник начинается в субботу»

Сговорчивая статистика

Известный острослов Марк Твен как-то заметил, что, хотя факты — упрямая вещь, статистика гораздо сговорчивее. Возможность влиять на цифры соблазнительна, и ВВП не раз становился разменной политической картой.

Например, в России одной из важнейших задач, поставленных в 2003 году перед правительством президентом Владимиром Путиным, стало удвоение ВВП страны за десять лет. Первые пять лет чиновники много говорили об этом удвоении, но после кризиса 2008 года о задаче предпочли позабыть, и она не выполнена до сих пор.

Важность «правильных» расчетов для страны демонстрирует пример Греции, которая в прошлом году начала уголовное преследование Андреаса Георгиу, занимавшего в 2010–2015 годах пост главы статистического ведомства. Его обвиняют ни много ни мало в предательстве «национальных интересов». По мнению властей, ведомство Георгиу завысило размер бюджетного дефицита Греции, что способствовало греческому кризису в 2010 году. Еврокомиссия же, напротив, уверена, что до прихода Георгиу греческие власти просто подделывали статистику.

В прошлом году в Китае был снят с должности и выгнан из Компартии за коррупцию глава государственного статистического бюро Ван Баоань. В чем именно он провинился доподлинно неизвестно, но возможности для коррупции у него были огромные — статистика из Китая оказывает мощнейшее влияние на финансовые рынки, игроки всего мира ждут ее выхода, следят за признаками замедления экономического роста Китая, и главным индикатором тут является все тот же ВВП.

Ущерб для общества

Создатель ВВП Саймон Кузнец видел проблему показателя в том, что он не отражает благосостояние или благополучие граждан. «Было бы чрезвычайно полезно иметь оценку национального дохода, откуда исключалось бы все, что в рамках более просвещенной социальной философии, противоположной философии наживы, скорее представляется ущербом, нежели услугой для общества», — говорил он и предлагал вычитать из ВВП затраты на вооружение, почти все расходы на рекламу, громадную долю расходов на финансовые и спекулятивные цели и другие расходы.

Другой экономист Мозес Абрамовиц в 1959 году тоже критиковал зацикленность на ВВП: к заявлениям, что повышение темпов роста экономики хоть как-то соответствует ускорению роста благосостояния, следует относиться крайне настороженно, говорил он.

Современная компьютерная экономика добавила сомнений, что экономический рост, выраженный в деньгах, может хоть как-то отражать рост благосостояния. Так, из «закона Мура» следует, что каждые полтора года производительность процессоров удваивается. При этом цена компьютеров в целом меняется не сильно. То есть за те же деньги пользователи получают все лучшее качество, но это никак не отражается в показателе валового продукта. Не говоря уже об электронных услугах, улучшающих качество жизни, но которые пользователи все чаще в последнее время получают бесплатно — я говорю о таких вещах, как электронная почта, социальные сети, мессенджеры и прочие.

Возможные альтернативы

То есть ВВП просто не поспевает за развитием современной экономики, и среди экономистов раздается все больше призывов заменить этот стремительно устаревающий показатель. Но вот в том, что должно прийти на смену ВВП, согласия у них гораздо меньше.

Альтернатива первая — Индекс человеческого развития

Одним из известных индикаторов, который пытается учесть то, что ускользает от ВВП, является рассчитываемый с 1990 года Индекс человеческого развития (Human Development Index, HDI). Он оценивает возможности людей в разных странах достигать своих жизненных целей. Кроме уровня жизни людей, он учитывает также ожидаемую продолжительность жизни, уровень грамотности и т.д. С начала 2000-х годов верхнюю строчку этого рейтинга удерживает Норвегия. В лидерах этого рейтинга также Австралия, Швейцария и Дания.

Альтернатива вторая — Индекс устойчивого экономического благосостояния

Влияние экономики на экологию — еще один аспект, никак не отражаемый в ВВП. Он не показывает, насколько хищническим способом был достигнут экономический результат. Попытки учесть этот фактор привели экономистов к созданию Индекса устойчивого экономического благосостояния (Index of Sustainable Economic Welfare, ISEW), который позже развился в Индикатор подлинного прогресса (Genuine Progress Indicator, GPI). При их расчете из национального дохода вычитаются военные расходы, потери от преступности, ущерб окружающей среде и истощение ресурсов.

Альтернатива третья — Индекс счастья

Есть и экономисты, считающие, что измерять нужно «человеческое счастье», ведь большинство людей стремится быть не столько богатыми, сколько счастливыми (а богатство считают лишь одним из инструментов для достижения счастья). Счастье же понятие субъективное, и потому измерять его предлагается путем опросов. Так индекс Мирового счастья (World Happiness) основан во многом на данных всемирного опроса Института Гэллапа.

В 2008 году, после финансового кризиса, поразившего Европу и США, тогдашний французский президент Николя Саркози попросил нобелевских лауреатов Джозефа Стиглица и Амартию Сен, а также французского экономиста Жана-Поля Фитусси подумать над альтернативными способами измерения благополучия. В докладе «Неверно оценивая нашу жизнь: почему ВВП не имеет смысла?», вышедшем по итогам этого исследования, его авторы говорят об оценке качества жизни — более широкого понятия, чем экономическое производство и уровень жизни. Суммируя предыдущий опыт, они предложили так называемый «панельный» подход: не пытаться соединить многочисленные типы показателей в одном-единственном индексе, а собирать и публиковать целый набор индикаторов, которые влияют на благополучие людей.

Именно по такому пути пошла в 2010 году Великобритания, чья Национальная статистическая служба начала исследовать национальное благополучие (National well-being program) страны. C 2012 года британские статистики публикуют отчет «Жизнь в Великобритании», в котором отслеживают 43 индикатора, среди которых часть выявляется с помощью опросов. Например, удовлетворенность людей своей жизнью, оценка важности того, чем они занимаются, насколько они счастливы, а также, напротив, насколько обеспокоены. Измерению британских статистиков подвергаются также отношения в семье, здоровье, занятость, жилищные условия, личные финансы и экономика в целом, образование, деятельность правительства, а также состояние окружающей среды.

Альтернатива четвертая — Индекс лучшей жизни

ОЭСР пошла еще дальше, с 2011 года она рассчитывает Индекс лучшей жизни. Точнее, она рассчитывает значения для каждой страны в одиннадцати различных категориях, многие из которых совпадают с теми, что оценивают британские статистики — жилищные условия, доходы, занятость, образование и так далее. После чего вы сами можете составить свой рейтинг, придав каждой из оцениваемых областей жизни вес по шкале от 0 до 5 сообразно собственным представлением об идеальном государстве. Так, например, Россия находится на верхних строчках в рейтинге баланса между работой и отдыхом, но отстает в развитии здравоохранения, гражданского общества и безопасности.

***

Впрочем, попытки измерить Россию общим аршином всегда раздражали, и не только поэта Тютчева. В самом деле, сегодня, чтобы рассчитать индекс счастья для нашей страны, пришлось бы всерьез пересмотреть панель индикаторов, заменив часть не сильно влияющих на счастье показателей (таких как «развитие демократии») более актуальными — например, «гордость за страну» или «следование традиционным ценностям». И когда я думаю об этом, показатель ВВП мне все меньше кажется таким уж устаревшим.

Опубликовано с разрешения Open Economy

 Голосуйте за лучшие материалы деловых СМИ в Голосе!  

0
159.921 GOLOS
На Golos с January 2017
Комментарии (1)
Сортировать по:
Сначала старые