CCCXCIV. Богиня случая. Джим Джармуш — чужой среди своих

Какой представляют себе Америку те, кто в ней не был? Наверное множество возникает картинок, но уверен, что ни одна не похожа на созданную Джимом Джармушем. Но вот теперь, для меня и многих, не бывших за океаном, есть и она.

После достаточно удачного дебютного фильма «Отпуск без конца», в котором герой уплывает в Европу, большинство героев последующих фильмов укоренены в Америке, одновременно будучи изгоями. Многие кинокритики объединяют «Более странно, чем в раю», «Вниз по закону» и «Мистический поезд» в трилогию, некоторые говорят о первых двух как о дилогии, тем более, что их объединяет чёрно-белый цвет и схожая аскетичная стилистика. В любом случае, это взгляд на Америку глазами иностранцев, а «иностранцами» там в итоге являются, кроме иммигрантов, и сами граждане страны.


©

«Более странно, чем в раю» (Stranger Than Paradise), 1984 года

Сколько людей, столько представлений о земном рае. У героев фильма он или в Америке в целом, или в отдельно взятых Нью-Йорке, Кливленде и Флориде. Классическое трёхчастное строение фильма: три города, три персонажа, три надежды и три разочарования. Ева (не случайное имя для поисков рая) приезжает из Будапешта к тётке, но та на десять дней ложится в больницу, и она останавливается у двоюродного брата Вилли (на самом деле — Бэлла), считающего себя полноценным американцем в речи, одежде, времяпровождении.

Из магнитофона Евы часто звучит хриплое, раздирающее слух, «I Put a Speell on You» (Я наложил на тебя заклятие), знаменитая песня Джея Хокинса. И заклятие здесь на всех. (Вот тебе и рай). Вилли (Бэлла), зарабатывает, вместе со своим другом Эдди, карточным шулерством и ставками на ипподроме, много смотрит телевизор и гуляет по городу. С Эдди они словно близнецы: похоже одеваются, и носят одинаковые фетровые шляпы. Даже есть кадр, где они, на фоне разного цвета портьер, как отражение друг друга. Один из них американец, другой — иммигрант, но их жизнь по сути ничем не отличается.

Сам Джармуш назвал свой фильм «неореалистичной чёрной комедией». Но его ещё сравнивают и с пьесами Беккета (чего стоят только клички лошадей — Запах Женщины, Настоящая Маккой, Китайский Синдром — всё это названия известных фильмов). Ни район Нью-Йорка в котором живёт Вилли, ни Кливленд, в который уезжает Ева ( куда через год к ней приедут брат с его другом), ни Флорида (где они точно ожидали что-то иное) — не похожи и близко на рай.

«Забавно, мы в новом месте, а выглядит всё точно так же», — говорит один из героев. Тесная комнатушка в задрыпанном районе Манхэттена, засыпанный снегом Кливленд, пустынный берег Флориды. К тому же режиссёр нас ещё погружает в эту одинаковость, монотонность, используя зтм (затемнение), разбивая фильм на множество небольших сцен.

Не буду рассказывать концовку фильма, сочетающего и красоту и уродство, скрытую философичность с очень тонким юмором, в конце — это уже вершина абсурда, при этом снятая всё так же, без всяких преувеличений или аффектаций.

Первая часть фильма была снята на деньги оставшиеся от картины Вима Вендерса «Положение вещей», и весь в целом бюджет обошёлся всего в 90 тысяч долларов.
«Более странно, чем в раю» дал толчок малобюджетному независимому американскому кинематографу. Многие глядя этот фильм вспоминают «Беспечного ездока» Денниса Хоппера (1969), родоначальника жанра «роуд-муви».


©

«Вниз по закону» / «Вне закона» ( Down by Law ), 1986 года

Снова три судьбы, три неудачника и снова чёрно-белый цвет. И всё больше музыки. К музыканту Джону Лури, игравшему в предыдущем фильме Вилли, добавляется уже знаменитый Том Уэйтс и итальянский комик Роберто Бениньи. В фильмах Джармуша большинство актёров — это музыканты или люди из различных тусовок, играющих словно изнанку себя — неудачников, опустившихся, людей из самых низов. И возникает вопрос: а по сути есть ли между ними разница?

Фильм снимал, оператор Вима Вендерса, голландец Мюллер. И если не забывать, что сам Джармуш, живя в Париже, обрёл способность смотреть на Америку со стороны, то теперь оператор-иностранец усилил такой взгляд.

И ещё один город — Новый Орлеан, и всё те же замусоренные улицы, похожие дома, примитивная геометрия. И сколько камера ни движется то в одну, то в другую сторону, мы видим одно и тоже.

Но картинка и само повествование становятся всё чётче и яснее, всё, я бы сказал, острее. Изменения в стилистике, её формирование, происходили от фильма к фильму, но только здесь уже полностью тот Джармуш, образ которого есть у каждого его зрителя.

Все герои, каждый своим путём, попадают в тюрьму, в одну камеру. Но и камера не сильно отличается от улиц и квартир героев, те же серость и уныние. Точнее, улицы и квартиры, не сильно отличаются от камеры. Джек (сутенёр, играет Джон Лури) и Зак (диск-жокей, Том Уэйтс) попадают в тюрьму будучи кем-то подставленными, а вот третий, итальянец Боб (шулер, Роберто Бениньи) — за реальное убийство при самообороне.
Весь фильм — странная сказка: странным образом герои попадают в тюрьму, чудесным — бегут из неё, откуда-то появляются то спички, то приправа, то кролик (Боб/Бениньи в роли «фокусника»), то ресторанчик с «принцессой»-спасительницей. Причём воспринимается всё это совершенно реалистично и даже обыденно.

Зак и Джек, два американца, непрерывно спорят и терпеть не могут друг друга, на самом деле будучи невероятно похожими. Их мирит и объединяет Боб, с трудом говорящий на английском, цитирующий Уитмена и Фроста, рисующий на стене камеры квадрат окна для своих новых друзей, напевающий — «I scream, You scream, We all scream, for ice cream» (Я ору, Ты орёшь, Мы все орём, требуя мороженого), и за ним сначала подпевают Зак и Джек, а затем и вся тюрьма.

Фильм-сказка и заканчивается как сказка: один остаётся в «замке» с «принцессой», двое других на развилке, поменявшись куртками, уходят в разные стороны, чтобы, возможно, больше никогда не встретиться, ведь Америка такая большая.

Я просто двигаюсь от фильма к фильму. Это не суеверие. Просто мне не нравится оглядываться назад и в творчестве, и в жизни. © Джим Джармуш

Замечательное качество не дающее зациклиться на достигнутом или, наоборот, на неразрешимом. Только так возможно найти что-то новое, да и вдруг оказаться на другой стороне пропасти, которую казалось не перешагнуть. И скука, пронизывающая пространство, не успевает прилипнуть и стать частью тебя.

Поэзия прекрасна, но чистая страница не менее выразительна чем стихотворение. ©Джим Джармуш

Литература:

Джим Джармуш. Интервью. Издательский Дом "Азбука - классика", Спб., 2007 г.
Долин Антон. Джим Джармуш. Стихи и музыка. Новое литературное обозрение, М., 2017 г.

Автор: @anjar


Если вы желаете попробовать свои силы в качестве нашего автора, то стучитесь по любому из представленных контактов.
Также любой может свободно использовать тег chaos-legion. Посты по этому тегу просматриваются и имеют все шансы быть апнутыми нашим паровозиком суммарной мощностью около 2 000 000 СГ.

Контакты

Чат Легиона Хаоса в телеграм: Scintillam
Личка в телеграм: varwar, lumia, dajana
Тег: chaos-legion


Sequere nobis. Nos scientiam

@chaos.legion

cl-guestchaos-legionpskкинокультура
315
289.592 GOLOS
1
В избранное
Легион Хаоса
И хаос породил воинов, несущих знания всем жаждущим. И имя им Легион Хаоса, призванный возродить этот мир и привести его к порядку
315
1

Зарегистрируйтесь, чтобы проголосовать за пост или написать комментарий

Авторы получают вознаграждение, когда пользователи голосуют за их посты. Голосующие читатели также получают вознаграждение за свои голоса.

Зарегистрироваться
Комментарии (28)
Сортировать по:
Сначала старые