[Проза] В преддверии рая. 2 часть

Автор: @ondantr
Редактор: @nikro

На кого больше похоже море? На мужчину или женщину?
А может оно обладает свойствами какого-то животного?
Люди всегда пытались приписать природным явлениям знакомые черты. Объяснить, почему ветер или шторм налетел именно в этот момент. Но иногда шторм просто случается.

1 часть

Капитана в беспамятстве унесли с палубы под вечер, когда шторм немного стих. Когда маэстро открыл глаза, он увидел над собой лицо Аджиамбо. Капитан попытался подняться, но не смог. Силы оставили его.

Тёплая ладонь девушки лежала на груди Родригу. Его тело было укрыто куском парусины. Одежда была сухой, а вокруг, заглушая запахи смолы, воска, древесной плесени и прелой кожи, из которой были сделаны сапоги и камзол капитана, витал запах свежести.

– Где я? – тихо спросил он.

– Ты – со мной. В своей каюте.

– Аджиамбо! Мне нельзя быть здесь. Команда...

– Матросы сами принесли тебя. Лежи. Маэстро нужно отдохнуть.

– Шторм кончился?

– Так, лёгкая качка.

– А туман?

– Ещё хозяйничает на твоей лодке. Гонсалу говорит: "Ни черта не видно".

– Судно цело?

– Внизу дыра, но матросы уже поставили заплатку. Большая мачта – на месте. А переднюю забрал Бог моря. А ещё – все верёвки перепутались.

Родригу вздохнул.

– Значит, Гонсалу жив?

– Он – хороший воин. Жаль Мигеля и ещё трёх матросов, – печально сказала Аджиамбо.

– Море похоже на женщину. Оно коварно и непредсказуемо, его можно любить, или ненавидеть, но доверять ему нельзя.

– Это ты придумал?

– Так говорят все моряки.

– А я считаю, что море – похоже на мужчину. Такое же сильное, буйное и, и...

– Злое? – спросил Родригу.

– Нет. Оно – строгое и требует уважения.

– Нужно запомнить. Я люблю тебя.

– Значит, ты беспокоился обо мне?

– Ещё бы, – Родригу поднял руку и провёл ладонью по щеке Аджиамбо. – Там, на палубе было холодно.

– Я согрею тебя, – спохватилась девушка и, неожиданно для капитана сбросив одежду, нырнула под парусину.

– Господи! Что ты делаешь? – Родригу прижал хрупкое горячее тело к себе.

– Молчи, молчи...

На рассвете да Коста осторожно отодвинулся, снял с груди руку Аджиамбо и вылез из постели. Стараясь не шуметь, он надел башмаки, посмотрел через окно на бледную Луну, достал из сундука посох Якова, маленький, испещрённый цифрами, кусок пергамента и огрызок уголька. Через минуту он уже стоял возле рулевого, пытаясь сделать нужные замеры. Однако, скопления облаков закрывали гаснущие созвездия, и капитан бросил затею – найти на небе Сириус, или Трон Цезаря.

– Как вы, маэстро?

Родригу присмотрелся к матросу и узнал Бишу.

– Господь миловал. Земли давно не видно?

– Наверное, мы её потеряли. Эту напасть – туман видно сам дьявол послал нам. Ну и море здесь. Были вблизи берега – там прибойные волны величиной с дом, а ещё – шторм с ливнем. Едва на скалы не налетели. А сейчас – зыбь. Рифы, через которые мы проскочили – словно занозы на столе моей бабки. Она сослепу морковку вместе с деревом строгала. Но добрая была. Господь её прибрал года три назад... Ночью ветер стих, а куда дрейфуем, никто не ведает.

– Якорь пробовали отдать?

– Даже дна не коснулся. Каната не хватило.

– Значит, лагом глубину не определить. Ладно. Ничего. Завтра, если будет Солнце, сообразим, что к чему… Будем знать, куда нас занесло.

– Надо бы помолиться. Или монаха попросить. Видать, он много молитв знает.

– Святой отец уцелел?

– А чего ему сделается? Он в кубрике гамаками обвязался, а сверху ещё и верёвками. А потом, не знаю, как ему удалось, но подвесил себя на крюк для лампы. Правду сказать, побило его, помотало, но он мужик крепкий. И умный такой. Жуть. Вон – Гонсалу. Весь в шишках и кровоподтеках. А монах синяками отделался. Вот, что значит – слуга Господа.

– Утонувших отпели?

– Всё чин чином. Распутали и вытащили на палубу монаха, он и отслужил.

Родригу, слушая болтовню матроса, сел на бухту каната и прислонился к мачте. Он понимал, что заплатка в трюме долго не выдержит, а потеря части такелажа скажется на ходовых качествах судна. Капитан обвёл взглядом палубу. Разрушения, которые причинил каракке шторм, удручали. По палубе перекатывались обломки дерева, а перила на мостике по левому борту исчезли. Румпель треснул и был стянут верёвками. На месте фок–мачты торчал высокий огрызок. Повсюду валялись клочки циновок, обрывки канатов, сломанные прутья корзин и куски парусины. Ещё больше испортило настроение Родригу отсутствие людей на палубе. Похоже, никто не собирался приводить в порядок "Беатрис".

– Где люди? – повернулся он к Бишу.

– Вымотались. Все дрыхнут, словно собаки, набегавшиеся за сучкой в пору течки.

– А Гонсалу?

– Его сейчас и гром не разбудит. Позвать? – матрос открыл рот, собираясь крикнуть, но капитан предостерегающе поднял руку.

– Тише. Я сам разбужу.

Да Коста встал и спустился по трапу вниз. В нижнем трюме воды было выше пояса. Свет нарождающегося пасмурного дня, проникающий через люк, позволил рассмотреть кучи плавающего мусора и пару крыс, пытавшихся вскарабкаться по стенке гнезда мачты на сухое место. Заплатка выглядела надёжно, но через её щели сквозь просмоленную парусину тонкими едва заметными струйками в трюм проникало море. Тут же валялись кожаные вёдра. Похоже, кто–то уже пытался вычерпывать воду.

Родригу поднялся в отсек, где располагалась команда. Монах висел в гамаке, накрыв сутаной голову. Остальные матросы лежали на промокших циновках. В кубрике стоял тяжёлый запах пота и давно не мытых тел. Помошник спал в своей маленькой каюте, отвернувшись лицом к переборке.

– Гонсалу! – капитан дёрнул моряка за босую ногу.

– А, что? – всколоченная голова помощника приподнялась.

– Вставай, дружище. В трюме полно воды.

– Да, да. Я сейчас, – Гонсалу опустил ноги на пол.

Да Коста кивнул и вышел, оставив дверь открытой.

Через минуту они сидели на палубе и спорили.

– А я говорю, что надо развернуть нау. – простужено хрипел помошник. – Берег, он – там, – рука Гонсалу указывала в сторону кормы, куда по одному потянулись просыпающиеся матросы.

– Почём ты знаешь, что земля в той стороне? Пока нет ни Солнца, ни звёзд, я бы бросил якорь.

– Уже бросали. Здесь такие глубины, что там твоя преисподняя. А на рассвете ветер задул... – Гонсалу облизал указательный палец и поднял его над головой. – Похоже – с юга. Значит, надо развернуться. Пойдём по ветру, и бьюсь об заклад, что к следующему утру увидим берег.

– Ты же видел, какие там гиблые места. А если – опять туман? А если – снова наткнёмся на шторм. "Беатрис" не выдержит.

Гонсалу почесал бороду.

– Тогда я бы взял два румба правее. Там, где эти чёртовы скалы, видно сам Дьявол сотворил ловушку для моряков. Я сам видел на рифе, который мы слегка обрезали, обломки дерева. Наверняка, кто–то напоролся в тумане на эти чёртовы скалы. Да и прибой там, что надо.

– Думаю – сильные подводные течения рядом с рифами – самая главная опасность. А насчёт обломков, тебе показалось. Какие тут ходили корабли, скажи на милость? Так далеко на Юг ещё никто не заплывал.

– Но мы сами наткнулись на стоянку этих умников – греков?

– Да, да. Ты прав... Так, что теперь будем делать?

– Два румба влево, и вперёд, пока не увидим берег. Там найдём бухту и сделаем, что нужно для нашей малышки "Беатрис".

– Тогда разбей матросов на группы. Пусть по очереди вычерпывают воду из трюма. Двоих – поставь прибрать палубу. Куски канатов не выбрасывать. Запас почти исчерпан. Плотнику – обновить ограждение на мостике. Не хватит досок, пусть ломает переборки кладовых. Что со сломанной мачтой?

– Вы сами видели, маэстро. Верхнюю часть унесло. В трюме есть запасная. Но поставить её на ходу – дело трудное.

– Ладно, отложим это на потом. Главное – пробоина. Глаз с неё не спускать. И скажи монаху, пусть молится, чтобы не было нового шторма.


Торговая платформа Pokupo.ru


дизайнер @orezaku

vox-populivoxmensvm-proseпроза
309
178.346 GOLOS
0
В избранное
vox.mens
Литературное сообщество
309
0

Зарегистрируйтесь, чтобы проголосовать за пост или написать комментарий

Авторы получают вознаграждение, когда пользователи голосуют за их посты. Голосующие читатели также получают вознаграждение за свои голоса.

Зарегистрироваться
Комментарии (1)
Сортировать по:
Сначала старые