Бегу, Лежу, Не могу 2018

https://golos.io/ru--knigi/@igorhoroviy/39mbhf-begu-lezhu-ne-mogu-2018
https://golos.io/ru--knigi/@igorhoroviy/gxshx-begu-lezhu-ne-mogu-2018
https://golos.io/ru--knigi/@igorhoroviy/gxshx-begu-lezhu-ne-mogu-2018
https://golos.io/ru--knigi/@igorhoroviy/5xlpew-begu-lezhu-ne-mogu-2018

  • Я всё понял, ты не переживай, – развеял жалобь мою Адам.
  • Гениально! – выдохнул я, – для особо одаренных не придется повторять всю ту байду. Если бы не ученые с цифрами, я бы такого наворотил...
  • Чувствую, ты обидеть меня хочешь, – вздохнул Адам.
  • Если бы я хотел тебя обидеть, я бы сказал…
  • Погоди-погоди, – прервал меня Адам, – знаешь что со мной было, если бы я на всех, особенно на друзей обижался? Понимаешь?
    Ничего я не понимал. Стало стыдно. Жаль в «стыдно» нет мягкого знака. Интересно, пауза сойдет за мягкий знак?
    Пауза.
  • О приемнике думаешь? – нарушил тишину Адам, – о передатчике? Приемником о передатчике? Мозгом о мозге? Понять о понять?... или об понять… Об?
  • Мозг… сердце… душа… – как с цепи сорвался я, как ждал… – если всё решает мозг, почему в конце наказывают тело? Оно тут вообще не причем.
    Нейроны, дендриты, синапсы, аксоны, терминальные ветви и нейромедиаторы…
  • Вот, что ты из этого понял? – ничего. И я ничего. Для меня это всё набор звуков.
    Только как работают эти мириады невидимого? И что, чтобы выздороветь или поумнеть, нужно подкрутить там? И где эти ключики и отвертки? – нет. Думаю, они скорее парализуют нас, чем позволит подкрутить там… Показали нам чути-чути… Разрешили посмотреть насколько там сложно? – разрешили. Посмотрели? – посмотрели. Даже сфотографировали. Молодцы. Теперь сидите и молча рассматривайте там лучезарные россыпи… Смотрите и наслаждайтесь тем как всё там дышит, движет, разветвляется, сверкает, салютует. Прям, «Новый Год». Прям, не хватает мандаринов с оливье.
    Наелись? Насмотрелись на «золотых рыбок»... дальше идите повторяйте таблицу умножения, деления… Нет? Тогда идите и своими микроскопами колите орехи.
  • А мы не будем, не хочем и не хотим.
  • Стоит нам замкнуть контакты, и вы пойдете, не остановить, побежите. Замкнуть?
  • Ааааааааааа…
  • Ладно, еще немного посмотрите на нас. – Кто вы? – Мы ели-ели ваши и чути-чути. Дальше вам не нужно знать. Ладно, увидели нас? Поняли, что не нужно сюда лезть? – вот и не лезьте.
  • Нам бы разобраться, – шепчут ученые мужи, – познакомиться, узнать что и как…
  • Не что и как, а что по чем… – покалываю в голове нейроны. Узнать? Зачем? Познакомиться с нами желают люди с холодными скальпелями в руках? Хотите узнать как из нас сделать нейронную бомбу? Поговорить они хотят… Сначала с комарами научитесь разговаривать или с котами, а с нами… Мы без ваших шизоидов проживем, целей будем. И вы. Максимум вы можете с миллионными погрешностями, посчитать нас… но вы никогда не поймете как там всё работает. И почему работает. И почему так? Двоечники вы.
  • Мы не двоечники! – возмущаются профессора, – мы университеты заканчивали…
  • Не двоечники, – от смеха вибрирует нечто в голове, – вы даже не двоечники…
  • Не двоечники, – потому не доверчивые. Вера не наша парафия. Цифры нужны нам.
  • В смысле, единицы и нули? – хохочут нейроны. Ничего мы вам не покажем, не подскажем и не дадим. Вы же всё превращаете в войну, бомбу и разруху.
  • Не такие мы и… – не унимаются профессора, – мы уже знаем, что ДНК и РНК не одна двухнитевая спиральная ветвь Уотсона-Крика, а две.
  • И что? – предынсультным копьем кольнуло в голове, – что вы еще узнали?
  • Узнали, что вся информация дублируется для починки и восстановления нас... Копия есть.
    Вот такой, примерно, думаю, был там диалог. Да.
    Что-то я отвлекся.
    На чем я остановился?
  • Зачем тебе все эти нейроны, нейтрино? – улыбнулся Адам? – зачем тебе эта мелочь?
  • Для наисумасшествио… – улыбнулся я… Лучше им заниматься, чем оно мной.
    Пока вся страна, не сомкнув глаз, ищет различия между партиями и президентами… Кто из них царь, а кто атаман. И кто из них лучше? – тот, кто гладит или кормит? Защищает или не трогает?… вообще не лезет. Платим налоги чтобы они нас не трогали… Вот и не лезьте к нам.
    Пока страна исследует глубины тех-серых-рек и кислотных течений, я ношусь по волнам на своем безумном скутере и развлекаю себя такими штуками… шутками… Да.
    Так веселей.
  • Это да, – улыбнулся Адам.
  • Устал я от умья и заумья, – вздохнул я. Устал от людей со сканером и принтером вместо чувств и фантазий. Устал я от редакторов и копиров. Скучно. Скучные эти люди-цифры-гири-гвозди. Не хочу. Кривых зеркал хочу, тумана, отдыха, зазеркалья. Вот я и придумываю, сумасшествием разукрашиваю черно-серую жизнь свою… драму… в линию, в клеточку.
  • Я такой же, – вздохнул Адам, – иначе не выжить. Ты не представляешь, сколько нас полегло в борьбе и драме… на той шахматной доске.
  • Батюшки вы мои, обожаю драмы, – воспрял я, – если усугубить драму, – получится комедия или утопия… что для меня одно и тоже. SOS…
    Sos-кучился я за утопиями... за молью, мечтающей стать самолетом... за самолетами, мечтающими никогда не спускаться на землю… за луной, мечтающей стать обитаемой… за быками, мечтающими стать священными коровами... за волками, мечтающими питаться исключительно вегетарианцами... за вегетарианцами, мечтающими стать тем что они едят… за дулями, стремящимися стать пулями... за плесенью, стремящейся стать сыром... за мыром, воюющим с миром... за злом, ждущим признания... за кабыздохами, сражающимся с кабыжилами… за покоем, мечтающем быть не тронутым… за ищущим бурю буревестником… за влюбленными, мечтающими стать невидимыми… за невидимыми, мечтающими быть найденными… за найденными, мечтающими остаться не тронутыми… за старухами, мечтающими о небывалых прорухах… за тернями, мечтающими достичь звезд… за глиной, мечтающей стать домом… за вазами, мечтающими о цветах… за цветами, мечтающими стать свадебными… за силиконом, мечтающим стать живым… за целлюлитом, мечтающим стать красивым, нужным… за жиром, мечтающим стать сильным… за слезами, мечтающими стать пресными… за каплями, мечтающими стать морем… за скрипками, мечтающими стать дирижерами… за дирижерами, мечтающими с жезлом стоять на перекрестке… за ослом, считающим себя нужнее мертвого философа… за девушками, мечтающими чтобы к ним относились как к беременным… за мужчинами, мечтающими чтобы сын, дерево и дом выдавались им по первому требованию… за хитрожопыми, считающими себя находчивыми... за идиотами, считающими себя веселыми... за лентяями, мечтающими стать удачливыми... за уродами, стремящимися стать большинством… за ордой, мечтающей стать золотой… за крысами, стремящимися стать ежами... за ежами, мечтающими чтобы их погладили… за погладили, мечтающем об заплатили… за заплатили, мечтающем об доплатили… за количеством, мечтающем стать качеством… за ипотекой, мечтающей остаться с людьми… за поленом, мечтающим стать говорящим… за папой Карло, мечтающем о сыне… за пшеницей, мечтающей стать хлебом… за хлебом, мечтающем стать насущным и дай нам днесть… за кувшинами, мечтающими о джинах... за джинами, не желающими вылетать из кувшинов сколько их не три... За лыбой родившей мне от регота полон двор смешинок и хохотков. Пусть бегают по двору звёздочки наши. А чего? Чего ты так смотришь? Соскучился я за всем этим, – закончил я.
  • Ты хороший, – сказал Адам, – говорят что и я.
  • А мне не говорят, – выдохся я, – шутом называют, даже дураком. Ругают. Смеются и ругают. Поумнеть советуют мне, вырасти. А я смотрю на них… Всё правильно, но скучно. До крика и страха боюсь их. Вот и защищаюсь – шучу – продлеваю жизнь себе – детство. Не понимаю… И мозг мой – калькулятор – меня не понимает. Живем как чужие.
    А всё почему? – а всё потому что… оттого что… поэтому, потому…
    Как тебе объяснить? Ладно. Понимаешь, жизнь так сложилась что у одних мозг белый, у других черный… У третьих черно-белый… как решетка… тюремная… клетка. Пойняв-нет? Тогда так – у одних мозг жидкий, у других твердый… или сыпучий… как сахар, соль, песок… Или писок.
    У одних мозг в извилинах, у других в канавах, окопах и трещинах. У одних целый, у других трухлявый, жизнью как молью побитый. Много таких с мозгом-пробоиной, скважиной, дырой… с мозгом-ртом, пасекой, жуком… с мозгом-узором, забором, костылем… У всех разный, а у меня – никакой. Мазня. Ничего конкретного. Вот меня и тянет… Бывало заглядываю в дырочку – дым в голове, призрак, туман. Не может быть. Кручу им, верчу, тру… И тут из всего того выходят маляры с руками полными красок и кистей… из перьев. – На! – говорят… Оставляют всё и уходят. – Куда вы? – кричу им в туман, кричу… пока чья-то рука не вынырнет из небытия и не погладит меня. Я в растерянности. Что делать? Стою. Жду.
  • И тут появляется рука! – подхватывает Адам, – вынырнет, хихикнет и мазнет тебе кончик носа…
  • Почему-то желтой краской.
  • Мазнет и скроется, точнее – растворится в тумане. У меня так.
  • И у меня, – радуюсь я, – и у меня... И тут из меня как фонтаном прут все те фантазии и смехи.
  • И что? – спрашивает Адам.
  • И всё! – ответил и загрустил я. Между небом и землей завис я. Чувствую, скоро умру. Всё чаще и чаще стали приходить ко мне те небесные маляры’. Сами. Без приглашения. Уже с ангелами. Бывало, завалят гурьбой, поставят краски, расставят… Дальше разглядывают мой идиотизм, хвалят-нахваливают. Нравится им. Смеются, радуются, приглашают разукрасить Царство Небесное. Даже так. Ибо, – как сказали они, – ибо скучно стало там, не в радость. Праведники плывут себе бесполезные. Никакие-никаковенные. Плывут и уплывают. И всё. И не на что смотреть.
  • И что? – застыл в ожидании Адам.
  • И пофигу, и похрену им вся эта наша земная колбаса… – ответил я и участливо покивал головой. Плывут и уплывают.
  • И что? – вздохнул Адам, – и, причем тут «умру я, умру…»?
  • Ни причем, – улыбнулся я… Только и останутся после меня разукраски и пустые ведра. Я рисую, рисую, разукрашиваю мир… а они всё подносят и подносят. На чем я остановился?
  • На том, что, что мы мучим мозг, – четко продекламировал Адам.
  • Да, – обрадовался я, – мучим, мучимся и засыпаем его вопросами… – Что? Шо? Що? – шебуршат в нас вопросы… Снизу, трехголовые ответы нам: «Беги. Лежи. Спи». Сверху, трехгорбые, эхом: «И это пройдет». Дальше о смысле жизни, смысле смерти…»
  • И о том, что судьбу не обманешь, – улыбнулся Адам, – и, что от нас ничего не зависит…
  • Тебе бы успокоить меня, а ты как масла в огонь подливаешь, – скигльнул я.
  • Это для чистоты и мягкости исполнения, – ответил Адам. Продолжай.
  • Ага, – улыбнулся я. Спасибо. Вот у нас и складывается впечатление, что мы думаем и что-то решаем… Запутываемся, устаем, выбираем… А что можно выбрать в уставшем состоянии? – правильно – что-нибудь и что попало. Тут мозг нам и скажет: «Правильно. Это твое решение. Молодец». И чтобы развеять сомнения сыпанет нам эндорфинов и, чтобы быстрее, – адреналинов. Всё, беги, не мешай. Затем, на скамье подсудимых, в гробу или на виселице мы понимаем, что ты не туда… Вообще не туда попал… не этого хотел и тебя не так поняли. И сердце кричит, что его не поняли, и душа. Даже мозг. Последний занят поиском виновных, оправдательными или обвинительными речами, моделированиями «того и этого света». Мозг занят даже тогда, когда наша голова лежит на плахе. Представляешь насколько он безответственный и тупой, что не представляет… если мы умрем, то и ему не жить. Но он занят. А мы по мелочам отвлекаем его. А он занят. Внутри себя что-то варит...
  • Мозг! – кричим мы, – мозги… Просыпайтесь! Где вы? Что делать? Как быть? – формуем извилины об стену… Что делать и как жить? – утопаем в слезах…
    Тогда мозг нам как котятам кидает распутывать клубки, обрывочки, ниточки… перышки.
  • На, черным перышком поиграйся… на, беленьким… Как детям. Вот мы и скачем. И мысли скачут. Никогда, ничего до конца не додумываем. Вот оно – он – ответ. Вот, вот-вот. Стоит упорядочить и прокричать: «Эврика!»… но тут прилетает другой клубок из ниточек, перышек, крючочков и других закавыков… Что с этим делать? Тогда мозг, на отцепись, кидает нам трех процентный клубок извилин.
  • На, иди распутывай, не мешай, – струйным принтером противно трещит в голове.
    Мы распутываем… На самом деле запутываем, дергаем за ниточки… За какую ниточку там не потяни… За «А» – Аристотель с Аристофаном тут как тут. За «С» – Сократ. За «П» – Платон. За «Г» вообще страшно тянуть. Гитлер или Гиппократ? Первый убьет. Второй вылечит. Уже хорошо. Тянем за обе. Вытаскиваем лукошко со звездами, прибором и Галилео Галилеем. Тянем за «Д» – вытаскиваем бочку с Диогеном и фонарем. До сих пор ищет он людей… человека в человеке – душу. За какую ниточку там не потяни, гроздьями, узелками на них древние. Как же так? – нервничаю я и дергаю за «К». Потянул… Здравствуй, Конфуций. Вижу «Б». Страшно тянуть. И «И» страшно. И «М».
    Если они придут с последователями, я не отобьюсь.
  • Не окружайте, ребята, не наступайте, отвалите, – кричу, и не учите меня «быть или не быть»… Не хочу ничего об этом знать… не хочу повторить вашу судьбу. Я вообще ничего не хотел… Лежал и думал: «Вставать или еще поспать?» Но они уже здесь. Погодите, еще пять минут, но их не угомонить.
    Только смолкают Великие, тут же с барабанами и микрофонами на сцену выходят толкователи с объяснятелями, призыватели с остроумами, острословами и мускулистыми языками.
    Почему все рвутся нас учить? Зачем токовать, когда Учитель всё так ясно нам… Нет? Как нет? Как не до конца? Может Учитель не видел и не знает вас? Может быть Он не доверил… Вообще не доверил бы вам продолжения, особенно в части толкований. Но они продолжают, и выходит, что мы не так живем и не тому богу молимся. Не там и не так. А как? Лезу в книги… Там всё правильно, но не понятно.
    Слушаю лекции, лекторов и иных проповедников… Готов поверить, верить, если бы они так не старались, не объясняли и не походили на, без тени сомнения, свидетелей и очевидцев.
    Не верю я священникам с золотыми крестами и дорогих авто.
    И пастырям в черных галстуках и золотых часах не верю.
    А кто не верит – тот враг – слаб – черт. Убейте его, взорвите, распните, сожгите его! Да-да.
    Еще меня смущают слова пастырей об: «Бог мне сказал…» и: «У меня было откровение…»
    Знать бы, чем «Бог мне сказал» отличается от «ко мне пришла мысль…» или «я подумал и понял…»
    Знать бы чем их «откровения» отличаются от галлюцинаций и наваждений. Еще, они так увлечены… столько драйву в них, столько эстрады… Фанфары отдыхают.
    Порой мне кажется, что они больше верят своими толкованиям, чем Писаниям. Отчего и исполняют… Артисты с шоуменами отдыхают. Все отдыхают, а этих не остановить. В экстазе они.
    Интересно наблюдать, как всех прёт и трясёт от той «благодати». Не доверяю…
    Из всех реклам, больше всего я не доверяю рекламе бога, лекарств, войны и алкоголя.
    Но нуждается ли Бог в посредниках и рекламах? Но им все равно… Они в запале, азарте. Я в обмороке. Весь в мыслях грешных. Сбежать хочу. В этом состоянии танцую и пою там. Устаю.
    Незаметно выбираюсь, бегу… воду пью, бегу… Выбегаю, сажусь на ступеньках…
    Сижу, крещусь как от комаров отмахиваюсь. Обеими руками. Как попало. Невпопад.
    Так невпопад как они там поют. Как в караоке отпевают меня. От чего у меня набухают духовные жабры. Я вырываю из священных брошюрок страницы с картинками. Кручу самокрутки.
    Сижу, курю. Вообще-то я не курю, но для понимания, мысле-проникновения…
    Только вера в душе, а религия в голове. А там вопрос: «Какая религия у Бога?»
  • Люди молятся Богу, интересно кому молится Бог? – снова вопрос.
    Снова курю, дальше курю… курю-курю, пока кукушка не…
    И о чем бы она в голове мне не накукукивала, я знаю, что я её точно переживу. И дятла переживу.
  • И я! – хохочет Адам, – ну тебя и заносит!
  • Кого? – попробовал улыбнуться я. Не важно. Теперь ты знаешь, почему я такой. Был я в секте любителей бога, песен и танцев об ём. Учитель с апостолами сбежали бы… И сбежали. Все двенадцать. Я тринадцатый – не заметный или четырнадцатый 0 не вадный…
    Не важно. Важно, что первым прибежал.
    Куда прибежал? Что я мелю?
  • Знаешь… – улыбнулся Адам… – знаешь, если слово «выдумщик» прочесть наоборот, – получится – брыхло. Не то брыхло которое брыхло, а доброе, полезное. Соблюл я стиль изложения?
  • Спасибо, – поспешил поблагодарить я. Знаешь… И тут я подумал, что сердце и душа знает больше, чем наш головной компьютер. Они нам дают главные ответы, но как без мозга понять, оформить, объяснить…???... А он занят. Чем занят мозг? Объясни…
  • Это невозможно… – чешет голову Адам… Но я же Адам. Кто как не я? Правильно?
  • Так-так-так, – тарахчу я в предвкушении, – чувствую руку мастера. Давай-давай.
  • Как-то… – взлохматил прическу Адам… – когда мы были большими, а земля маленькая…
  • Вот оно! – вскочил я, – оно! Сразу всё понятно! Мне уже нравится. Продолжай: – Тогда…
  • Тогда… – продолжил Адам… – именно тогда сидели Боги… Ну как Боги? – еще дети... Сидят у костра… коленки поджали… земля-то маленькая, холодная, плоская…
    И вот сидят они, варят чай, пекут картошку. Откуда у них картошка? – непонятно, но пекут. Точно её.
    Темно. Ни тепла тебе, ни света. Вот они и думают как бы солнце пожечь и упорядочить в небе весь этот бардак… Не вертится всё оно, не крутится… Стоит, простаивает. Застой, отстой. Никаких тебе движух, тепла, света и 3D. Да. Так. Так и решили. Дальше такого натворили-наворотили… Сели. Сидят во всём том теплом, цветном калейдоскопе, картошечку, пока та не остыла, доедают… Красота.
    Да и земля стала несравнимо больше. Можно уже встать, выровняться, даже походить. Встали все, ходят тудыть, сюдыть… Тут, не помню кто, Славик или Радик говорит, что у него есть идея наплодить себе подобных… Затем мозги всего человечества, через роутер или богутер объединить в единую сеть и решать вселенские задачи. Так и сделали. Теперь мы частичка гигантского компьютерного мозга.
  • Я так и знал! – закричал я, – ему некогда, а мы лезем к нему со своими немощными вопросами.
  • Отвлекаем, – продолжил Адам. Представляешь чем он занят? А вы ему: – Серый, бросай весь тот космос, и давай сыграем в дурака, додика-долбака, дуботряса-дундука. Давай поржем, отдохнем, пораскинем мыслью, уж больно серый ты, тяжкий. Паук. Чувствую, как из извилин моих плетешь ты в моей голове гнездо. Жить когда? Давай бросим всё и сыграем в... Не хочешь? Тогда давай просто погоняем балду… А? Вылазь из-под панамки, поиграем в прядки.
  • Ну тебя и заносит, – улыбнулся я.
  • Это не важно, – улыбнулся Адам… Теперь я понял, почему ты выдумываешь всю эту хренотень и канитель… Молодец! Мозг любит такие игры. И сердце, и душа любят образы. Помнишь, я тебе говорил про карту судьбы? Так вот, главное открыть там глаза и увидеть где ты на этой карте. Дальше идите, а не бродите в хащах… Откройте глаза, – и будут вам чудеса, красота и лепота.
    Эти слова всегда очаровывали меня.
    Особенно ЛЕПОТА.
    Я замолчал… стал представлять как я во всем этом…
    И не было там сомнений, вопросов и ответов.
    Всё там было ясно и понятно. И никто мне там не нужен был.
    Вот ты и дома… – прошептало что-то внутри.
    Стоп! Стой! Стоять! Приехали.
  • Может, ты хочешь у меня спросить... – нарушил молчание Адам.
  • Нет, – шепчу я, – мне и так хорошо, ясно всё и понятно.
  • Нет так нет, – согласился Адам и закрыл глаза.
книгижизньшутэцитаты
25%
0
5
0 GOLOS
0
В избранное
igorhoroviy
На Golos с 2017 M08
5
0

Зарегистрируйтесь, чтобы проголосовать за пост или написать комментарий

Авторы получают вознаграждение, когда пользователи голосуют за их посты. Голосующие читатели также получают вознаграждение за свои голоса.

Зарегистрироваться
Комментарии (0)
Сортировать по:
Сначала старые