Призрак

 

Ванька мне как-то говорит:
– Мишка, а хочешь завтра с нами?
– Конечно, хочу!
– Погоди! Я же не сказал куда!
– Куда?
– В село Вавчуга поедем, памятник первой русской судоверфи смотреть
– Ух ты, здОрово! А что это за памятник? Су-до-ветри?
– Да не -ветри, а -верфи! Братья Баженины там жили и торговые фрегаты строили.
– Давно?
– Очень! Триста лет тому назад.
– А что такое фрегаты?
Ванька покраснел немного:
– Корабли такие, трёхмачтовые, с парусами.
– Ого-го! Огромные! А сколько их там?
– Если бы корабли! Там только дом, где кораблестроители жили, и остался.
Я вздохнул и говорю:
– Эх, жалко! И, что ни одного кораблика?
– Сказал же, ни судёнышка!
– Совсем, совсем?
Тут Ванька не только покраснел, но и заворчал чего-то, и, как кастрюля, булькать начал:
– Так ты едешь или нет? Смотри, один дома останешься!
А я подпрыгнул и закричал:
– Конечно! О чём разговор! Конечно, еду, Вань!
Ну а когда Ванька наворчался вдоволь, мы, наконец-то, делом занялись и стали готовиться к походу. Ванька достал рюкзак и начал складывать полезные вещи. А я к ребятам побежал, рассказывать, что завтра поеду смотреть дом, в котором кораблестроители жили.

На следующий день мы проснулись очень рано, перекусили и отправились в Вавчугу. На улице оказалось как-то тихо и скучно. Всюду висел серый туман. Наши велосипеды были холодные, а сиденья мокрые. Я посмотрел на дерево и увидел, что даже паутина покрылась капельками. Ванька крикнул: «Не спать!» – обтёр моё сиденье тряпкой, и мы отправились в путешествие. По пути к нам присоединился Серёга, и когда мы свернули на большую дорогу, стало повеселее.

Потом была река одетая в туман и паром. Он стоял прямо в конце дороги, а туман был разбросан вокруг него, как вата. Там я познакомился с весёлым дедулей по прозвищу Боцман. Люди заходили на паром и здоровались с ним: «Привет, Боцман! Как жизнь?» Паромщик в тельняшке улыбался тремя зубами, махал рукой и кричал в ответ: «Привет, привет! Всё путём!» Когда я заехал на паром, он и со мной поздоровался, сказал добрым голосом: «Куда ж ты прёшь на людей?! Ослеп, окаянный?!» А я сказал: «Дедушка Боцман, я не специально пру! Просто туман. Можно мне тут постоять?» А он: «Ну стой, чего уж теперь. Только убери свой драндулет с моей ноги! Чай, не казённая». Ну а после знакомства, этот Боцман с небритою бородою начал крутить ручку, и та часть, по которой я заезжал, стала подниматься, а сам паром попятился от берега. Потом взвыла сирена: «Уэ-э-у!» – и наш паром полным ходом отправился на другой берег под названием Усть-Пинега.

Когда мы съехали с парома, то почти сразу же в лес свернули. Там уже дорога поменьше была. Можно сказать, и не дорога вовсе, потому что она вся кустами и травой заросла. На велосипеде ещё ничего – жить можно, а машина бы, точно, застряла. И туман теперь был повсюду, да такой густой, хоть ложкой ешь. Ничего не видно! И этим туманом всё-всё пропиталось: и дорога, и лес, и небо, и облака.
Так мы ехали-ехали, целый час или два. Вдруг Ванька говорит:
– Теперь немного осталось. Поднажмём!
И мы поднажали, и скоро приехали к той самой судоверфи. Только её там не было. Мостик через речушку – был. И маленький водопад – был. Густой туман, высокая гора, а на ней большущий дом – были. А от судоверфи ничего не осталось. Ванька вздохнул и сказал:
– Времена парусного флота вышли, теперь это история.
Потом он повернулся ко мне и спросил:
– Ну, Мишка, ты хоть рад, что с нами поехал?
А я ответил:
– Ещё бы! Я об этом всю жизнь мечтал.
И мы потихоньку стали подниматься к дому.
 

Когда мы поднялись, я наконец-то увидел дом в лицо и познакомился с ним. И он мне страшно понравился. Дом оказался очень большой, просто огромный. Настоящий дворец! Только там стариной и развалинами пахло. А ещё все окна разбиты, и  кое-где потолок обрушился. Зато не страшно было, потому что света много. Ванька сказал:
– Здесь так светло, как будто бы Баженин дома!
Я не понял и спросил:
– Почему это? Разве не может быть светло просто так?
А Ванька заулыбался и потрепал меня по макушке:
– Да это пословица такая. Старая очень. Ещё наши деды говорили: «У тебя так светло, как будто бы Баженин в гостях!»
А я всё равно ничего не понял: причем тут гости, почему именно Баженин? С этой пословицей я ещё больше запутался. Но Ванька мне объяснил, что в старину братья Баженины уважаемые люди были. И когда они к кому-нибудь в гости заглядывали, или в Архангельском гостином дворе останавливались, то для них специально дополнительные свечи зажигали и так уважение своё оказывали.

Мы уже полчаса ходили-бродили, и почти весь дом обошли, как вдруг Серёга остановился и говорит моему Ваньке:
– Помнишь, как в прошлый раз из-за этой печки крыса выбежала и ругаться начала?
Я расхохотался и спросил:
– А с чего вы взяли, что она ругалась? Может она здоровалась.
А Ванька посмотрел на меня удивлённо и ответил вопросом на вопрос:
– А ты тоже здороваешься с теми, кто на тебя ногами топает и орёт во всё горло?
И только он это сказал, как из-за печки выскочила та самая крыса, размером с кошку. Я тогда подумал, что в этом доме всё огромное: и комнаты, и потолки, и крысы. И когда я её увидел, то закричал от неожиданности и кинул в неё, чем попало. А она немного отбежала, встала на задние лапы и давай пищать в нашу сторону. Тут-то я сразу понял, кто в доме хозяин. Ванька посмотрел на меня, улыбнулся и спросил:
– Ну что? Поздоровался?!
А я передёрнул плечами и сказал:
– Легко отделался! Спасибо, что не съели.
 

Напоследок, мы решили на чердак подняться. Или это третий этаж был, я немного запутался. Уж больно там комнат много и лесенок. И вот на самом верху я в окно выглянул. Взглянул и ахнул! Оттуда вся наша планета по-другому выглядела. И гора, и лес, и туман, и речка – всё по-другому. Там откуда-то с неба пробивались лучи, и туман как будто бы ворчал от этого, только молча. Ему уходить никак не хотелось, и он бурлил, переваливался с места на место и перемешивался, и сразу было заметно, что солнышко ему не нравится. А лучики все равно выглядывали, подмигивали и протыкали потрёпанный туман. От этого повсюду становилось как-то тепло и сказочно. В конце концов туману ничего не оставалось, как спасаться бегством. Он медленно-медленно сползал на реку, а потом вместе с ней уплывал восвояси. 

Я смотрел на туман, на солнышко и на бережок, где начиналась река. Туман уже был не белый, но пока и не прозрачный. Он был такого цвета, который ещё не придумали – какого-то небесного. Небесно-облачного. И тут я замечаю, что в тумане – паруса виднеются. Правду вам говорю, прямо в том месте, где бережок начинается. И мачту ещё, очень-очень большую. И паруса на ней качались то вправо, то влево. И я глазам своим не поверил. Я смотрю на паруса, и у меня от этого внутри радостно делается. Тут я как закричу:
– Ванька! Серёга! Да это же настоящий фрегат!
И ребята тоже в окна повысовывались и увидели, и тоже от радости чуть не попадали. Я уже не помню, как мы вниз бежали, только Ванька, когда нас догнал, сказал:
– Одичали вы что ли?! Бежали, будто вас муха куда-то укусила!
А мы стояли, высунув языки, и ничего не понимали: где фрегат, где паруса? Туман растаял, и мы увидели столб, а на верху столба белый квадрат. И когда туман окончательно рассеялся, Ванька протянул:
– А-а-а! Так вот, что это было. Это береговой знак обозначающий фарватер. Показалось, значит.
А Серёга ему:
– Нет, Ванька, не показалось. Я своими глазами паруса видел! Скорее всего, это был призрак фрегата «Святой Дух».
А я согласился с Серёгой. Мне слова про призрак больше понравились, чем про какой-то там знак.

Потом мы, немного грустные, обошли гору и уселись на большую железную плиту. Ванька рассказал нам, что когда-то на ней ковали якоря, а теперь это наш стол. Он достал из рюкзака бутерброды с кружками, затем вытащил термос и разлил всем чай. Мы стали уплетать наш обед, а Ванька вдруг обернулся и сказал:
– Посмотрите на дом Бажениных. Вот где настоящий призрак! А там всего лишь знак.
Только нам уже не хотелось смотреть ни на Ваньку, ни на дом. Мы с Серёгой повернулись к нему спиной и смотрели вдаль.

Мы смотрели и видели, как всюду ширится река, а за ней виднеется горизонт, и он уходил до таких широт, что ещё бы чуть-чуть, и было бы видно море. А где-то там и наш фрегат.


авторская страница http://www.proza.ru/avtor/docentt 

источник фото

прозатворчестводетижизньмысли
116
2.291 GOLOS
0
В избранное
Денис Макурин
Литературная страница
116
0

Зарегистрируйтесь, чтобы проголосовать за пост или написать комментарий

Авторы получают вознаграждение, когда пользователи голосуют за их посты. Голосующие читатели также получают вознаграждение за свои голоса.

Зарегистрироваться
Комментарии (1)
Сортировать по:
Сначала старые