Читай

Сборник рассазов
Под эгидой неба
Рассказ первый
Пустая Чаша


Как мелочны пошли сегодня люди,
Из-за копейки – сразу морду бить.
Теперь случайно, вдруг, разбить посуду,
Не счастье, а расстройство бедно жить.
Итак, герой короткого рассказа –
Лаврентий Нытиков – подросток школьных лет.
Он именинник, но для всех – зараза,
А потому, что ноет с пяти лет…
Сегодня третий день его веселья,
Четыре друга вьются близ него
И, несмотря на жуткое похмелье,
Спроси же всех, да скажут: ничего…
Но прежде, возвратимся на неделю,
Чтобы понять нам суть всю торжества,
А то бегу, пишу и, вдруг, потею,
Хоть точно, пот – не признак мастерства.
Поэтому читатель неуёмный,
В спокойствии же выпью крепкий чай,
Да с тем начну рассказ малообъёмный
Раскладывать, как сладкий каравай.


Июль цветёт и город Ч в рассвете
Неоновых, вечерних фонарей,
Народу – тьма и негде пасть конфете
На улице «Весёлой» и за ней.
Четверг весенний часто так наказан,
Вед пятницы короткий завтра день;
Иной уже со вторника помазан
Раствором спиртовым, взяв бюллетень.
Итак, трамвай. Здесь юным, скромным гостем,
Виднеется Лаврентий, мой герой.
Стоит стоймя и пальцы, его кости
На поручне, над женской головой.
Куда Лаврентий едет в час вечерний?
Решительно отчасти знает сам.
Звонил приятель-друг, сказал: Лаврентий
Езжай туда, и встретим тебя там.
Вдруг, остановка. Нытиков на месте.
Поскольку дальше нет уже путей.
Все из трамвая вон пошли… Оркестр
Встречает громкой музыкой людей!
Танцуют, курят, сумасшедших много,
А нытиков глазами – тут и там…
Стоит, как топинамбур, недотрога;
Но вот – улыбка, близится друг-Рам!
Лаврентий к нему
Чего так долго? Я замёрз по шею!
Чего всегда смеёшься, как дурак?
Рам
Не огорчайся, если обнаглею
Сказать тебе: одет ты, как тюфяк.
Лаврентий, вскинув бровь
Чего, да ты…
Ром, теребя
Да, разве это брюки?
Одна штанина явно подлиней…
Лаврентий вскипая
Не трогай! Убери за спину руки!
Рам отступая
Вот, убираю, вот, ты слёз не лей…
Лаврентий остывая
Ты сам одет, как этот… чебурашка!
И кепка тебе вовсе не к лицу.
Рам махнув
Всё, перестань. Плывёт моя Наташка!
Как, овен, покорился я стрельцу?
Взгляни… и высока, стройна, красива!
Создание Венеры молодой!
Скромна, румяна, вежлива, учтива,
С плетённой золотистою косой!
Молчат оба. Близится Наташа…
Привет Лаврентий!
Он кивает; она к Раму, целуя
Здравствуй, милый!
Ну, что, идёмте, что ли в парк?
Рам махнув
Лаврентий не дойдёт, он – хилый.
Наташа к Раму
Не обижай его.
Лаврентий сухо
Дурак!
Зачем позвал?
Рам, взяв кисть Наташи
А день рожденья?
Ты что, Лаврентий позабыл?
Лаврентий недоумевая
Когда?
Наташа
Да вот же – в воскресенье…
Лаврентий
А у кого?
Рам, выдохнув
Ну, ты дебил.
Наташа быстро
Да у тебя, Лаврентий, что ты?
Как день рождения забыл?
Надо решить, где кушать торты…
Ты что, на Марс уже отплыл?
Лаврентий, почесав лоб
Да-нет, чего-то память в ссоре
С умом, никак я не пойму…
Наташ, придёт подруга Оля?
Наташа с улыбкой
Твоя любовь?
Лаврентий твердо
Да.
Рам
Ну и ну…
Наташа
Моя подружка Оля знает
О дне рождении твоём.
И, если, пригласишь – растает,
Как снег под солнечным дождём!
Лаврентий смущённо
Ты пригласи, прошу я, Олю.
Любя, стесняюсь сделать сам.
Наташа
Ты не волнуйся, всё устрою.
Рам
Легко!
Лаврентий встав, как знак
Друзья, спасибо вам!
Подходят к парку. Наташа
Друзья, идём на ту скамейку,
Быстрей, а то сейчас займут!
Рам, крутя телефон
Эх, зарядить бы батарейку.
Наташа
Садится?
Рам
Да…
Наташу уже у скамьи
Присядем тут!

Садятся степенно. Парк полон удивительных движе-ний. Алкоголя нет. Мудрец Анесоренец Гардич обратил алкоголь в спорт. Однако, его единомышленники, вскоре, отвергли учение и Гардича, отдав дань витиеватому настроению. И это творится не только в России…
В Германии, где люди пьют с горя от поражения в Великой Войне и сегодня, таких мудрецов хают. Молодым там пить нужно. Так, они-де познают всю плачевность исторического поражения. В Германии не хитрят, пряча алкоголь, как у нас.
Одним из таких прятунов-самоучек и есть друг Наташи – Рам. Пузатый, низкорослый наглец Рам достиг-таки семнадцати лет. Огромная кепка, как зонт, прячет узкий лоб и вздутые прыщи. В коробку из-под сока налил алкоголь загодя, ещё дома. А вот и он сам…
Рам, выудив «сок»
Ну, что Лаврентий, газировки?
Лаврентий, взгляд в землю
Я знаю, это не она.
Чего-то жмут мои кроссовки…
Что до сих пор растёт нога?
Наташа с огоньком в глазах к Лавру
Давай с тобой договоримся –
На день рождения тебе
Куплю кроссовки.
Рам сухо
Разоримся.
Наташа быстро
Он шутит…
Лавр, подумав
Будут кстати мне.
Наташа
Какой размер?
Лаврентий махнув
А… сорок третий…
Наташа встав
Договорились! Всё, всё, всё!
А ты, что Рам?
Рам
Возьму конфеты.
Коробку, две… ещё, ещё…
Или какую-нибудь фляжку,
Чтобы Лаврентий выпивал.
Ведь трезвый он, как та бумажка.
Шучу, пока не «рисовал».
Наташа, подняв руку
Так нарисуй!
Рам, отпив
Пусть будет тайной.
Неинтересно, если мы…
Лаврентий отрубив
В нашей стране многострадальной
Заранее кладём цветы…
Наташа, глядя на часы
Ну, что ребята, скоро десять.
Завтра мне рано в институт.
Вопрос остался: где отметить?
Рам, выставив ладонь
Советую, друзья, прям тут.
Лавр сухо
Не надо в парке. И не стоит.
Напьёмся, здесь же загребут.
В квартире у меня, быть может…
Если хозяйва не спугнут.
Рам встав
Ты что, снимаешь?
Лаврентий
Две недели.
Рам оживлённо
И сколько платишь?
Лаврентий
То, да сё…
Рам
По виду – много! Оборзели!
Наташа
Свой угол – лучшее жильё!
Уж лучше так, чем жить в общаге,
Где тараканы… суета…
Там каждый день, то передряги,
То пьянки с ночи до утра…
Рам, вскинув бровь
А у тебя откуда опыт?
Наташа важно
Ох, мальчик, где я не жила…
в деревнях есть мышиный топот,
а в городе и моль и тля.
Рам, что-то почесав
А мыши могут, топать, что ли?
Наташа, пропустив мимо и к Лавру
Что, в воскресенье у тебя?
Лаврентий кивнув
Ты… позови, пожалста Олю.
Пусть без подарка для меня.


И надо было только разойтися
Троим друзьям под гул машин, людей…
С Лаврентием несчастие случиться
Давно искало; дождалось теперь;
А именно: Лаврентий на дороге,
Под светофором, выйдя из себя,
Пошёл на жёлтый, первый из народа,
А тут авто! Да в левый бок любя.
Он отлетел на десять с лишним метров,
Авто исчезло где-то во дворах;
А люди… нет им дела вот до этих
Разбросанных у здания туфлях.
Одна особа только осмелела –
Брюнетка статная, лет тридцати пяти,
Склонившись над Лаврентием: ты целый?
А он молчит и хочется уйти.


Брюнетка, слегка касаясь
Не двигайся, храни мальчишка силы.
Сейчас, уже звоню, не плачь сынок…
(Ответа «скорой» нет, лежит в могиле
По улице «Весёлой» паренёк).
Брюнетка в телефон
Ну, где вы там, тут люди умирают!
Машиной парень сбит, лет двадцати…
Он встать не может, вот лежит, рыдает,
Дом 27, тут магазин «Цветы»!
По ту сторона провода
Пожалуйста, спокойней, не кричите.
Ещё раз по порядку, что к чему?
Алло? Алло, прошу вас, не молчите.
Разыгрывает, что ли, не пойму?
Короткие гудки, а брюнетка
Мужчина, подождите же, мужчина!
Прохожий вдовец ей
Больная что ли? Отойди! Спешу.
Она горько
Ну и спеши… хамло и трус! Скотина!
Лаврентий, подняв лицо
Да пусть идёт… я, видите – дышу!
Брюнетка трепет Лаврентия
Сейчас, мой мальчик, так не больно?
«Не больно» - он сказал, отрыв глаза.
И тут влюбился он в неё невольно!
Красивой показалась стрекоза!
А вечер, между тем плывёт печально,
Подули, да смешались, вдруг ветра,
Всё, вроде бы, так просто и банально,
Что в сердце возрождается хандра.


Читатель, я вот думать разучился…
Вообще, полгода был как тот слепой;
Но вновь я здесь! Не уж-то изличился?
Вернулся, как угодно Богу, в строй!
Как можно от «дурного» загибаться,
Вполне я испытал всё на себе!
Но надо жить, творить, творя – стараться!
Ведь твёрдо ты стоишь на сей земле?
Прости читатель правду эту злую…
Но я сейчас безумно как-то рад,
Что наконец-то трезвым, вот – рисую
Сюжет рассказа, где хранится клад.


Рассказ второй
Вспышка
Из-за весенних обострений,
От марта, верно, моего,
Так много ярких настроений,
До мая, верно, твоего!
После зимы, подчас холодной,
После неистовой тоски,
Неинтересной и голодной,
Так хочется большой любви!
И чистой и всеокрылённой,
Спонтанной, даже неземной,
Неимоверной, ослеплённой,
Космической или земной!
Вот город «Ч» уж в марте тонет,
Но как любовник молодой
От жаждущей любви он стонет
И содрагается луной.
Весна цветением ранима,
Весна цветением жива,
Стройна и непоколебима,
Вступила всё-таки в права!
Итак, читатель бесподобный,
Под эти трели соловья,
Начну рассказ, что сну подобный,
Зовёт в неведомы края…


Героя два в этом рассказе,
Весеннем, лёгком и простом,
Представлю юношу вам сразу
По имени чудесном – Гром!
Тридцатилетний, неуёмный,
Бездетный, да не виноват;
Живёт пять лет в квартире съёмной.
Вселюбящий, чудоковат.
Высок и строен, с русой «шапкой»
И бакенбардами до плеч,
Имел роман он с юной Дашой;
Да множество коротких встреч…
Гром – инвалид, душа – больная,
До этого электрик был,
Сейчас он сторож у сарая,
Где держут пять и два кобыл.
Хоть платят маловато жутко,
Но Гром неунывает, нет,
Мечту не подвергает шутке,
Ей время всё, чуть только свет.
Оставим юношу с мечтами,
Поставив цель и ты дерзай!
С душой спокойной и глазами
Мечте всё время посвещай,
Но так, чтоб не ходить голодным
И не просить, то тут, то там,
Да камнем не лежать подводным,
Ведь руки, ноги дали нам!
Теперь о девушке красивой
Скажу спокойно пару строк,
Она с лицом молочно- милым,
С таким, когда по сердцу ток!
Любовный ток воображений,
Когда лицо одно её
Рождает сотню изменений,
Задев своим лицо твоё!
И только дальше лишь фигура,
И только дальше будет речь
И прочая макулатура,
Что даст знакомству плавно течь…
А главное – глаза девицы,
Движенья бровок, да ресниц,
Да щёчки, словно две сестрицы;
Да волшебство российских лиц!
Простите как-то я увлёкся
От сути тихо отойдя,
Воспомнил девушку и спёкся,
А впрочем вам до фонаря;
Тогда представлю героиню,
Хотя бы имя назову…
Хотел назвать её Мальвиной…
Но если так, то вам совру.
Ведь сей рассказ вполне реален,
Как гром и молния и свет,
Поэтому, хоть я печален,
То вот вам правда на обед:
Лет тридцати моя богиня,
А имя – Молния её,
Высокомерна, как княгиня.
Умна, как глупое дитё.
Нагла, отсюда и богата,
Раз так, живёт в особняке,
Характером – витиевата,
При золоте, при серебре,
Отсюда выглядет красиво,
На двадцать или двадцать два,
Словом – заоблочное диво,
Ни Грому, бедному, чита.
Как повелит она, так будет,
Слуги дербанят за глаза,
При ней конечно ниги студят
С видом услужливым всегда.
Иначе выгонит, уволит,
Как выгоняла тех мужей,
Среди котрых Вася, Коля,
Егор, Денис, Олег, Андрей…
Словом – красивая наглюшка,
Богатая, да не сама,
Да хрюкала бы как та хрюшка,
Если б не папина рука.
Его рука ведь нефтью правит,
Предприниматель он большой,
По большей части не лукавит
Перед налоговой тугой.
Вернёмся к Молнии, однако,
Она без прав, но за рулём,
То есть соблюдает знак, как надо
Перед гаишником с рублём.
С утра, на первом светофоре,
В час пик, во вторник роковой
Инспектор с Молнией поспорил,
Да проиграл ей с головой,
Но приобрёл рубли златые,
Да так, что можно уволнять,
А волосы его густые
Теперь и ветру не унять…
Хоть Молнии сто метров ехать
От дома до её кафе,
Она твердит: мне вредно бегать!
Поэтому я на Порше!
Мне врач сказал: меньше ходите,
У вас сильнейший варикоз,
Сидите, отдыхайте, спите! -
Минует остеохондроз!
И вот она под март весёлый,
Припарковалась, как смогла…
Дворник проворный, да прожжённый
Лишь отскочил, а с ним метла.
Имея сильную досаду,
Он затаил и месть и гнев,
Да так продолжил труд громадный,
Слегка Порше её задев…
Молния, вскипая
Эй! Старикан, глаза залипли?
Куда ты щебень-то метёшь?
Царапина! Дедуля – влипли!
Или по-русски не сечёшь?
Дворник, седея на глазах


Рассказ третий

Под эгидой Неба


Когда-нибудь исчезнет гибель
И смерть с ней заодно.
Другую примем вмиг обитель,
Пройдя таинственно «Окно».
Но это будет чуть позднее,
Пока же гибнет человек,
Кто медленнее, кто быстрее,
Но всех хоронит хладный век.
Однако повторяю – скоро,
Уж скоро смерть мы победим!
Кто верит, тот не ищет спора,
Он верит, что же, я за ним.
Теперь начнём рассказ короткий,
О буднях дней, да не простых…
Непревзойдённый или кроткий
Дивись о судьбах же иных…


Осень. Город Ч, вечер поздний. Кафе «Дилаго». Тускло освещён столик в углу. Беседуют заказчик и киллер…
Денит, заказчик
Последний раз и можешь ехать
Куда захочешь отдыхать,
Но это Грог ты должен сделать…
Тебе убить, что мне сплясать!
Грог
Денит, тебе уже известно,
Что я недавно завязал.
Опасно и не интересно,
Да опыт как-то растерял.
Денит касаясь папки
Здесь двести миллионов наших!
К тому же на заказ – три дня…
Чего молчишь, как тётя Маша?
Взял деньги и пошла возня!
Грог, принимая папку
Ну, ладно, два куска – нормально…
Кого на этот раз пришить?
Надеюсь он не из банальных,
Банальных как-то жалко бить.
Денит, выудив из кармана фото
Увы, пацан простой, лет двадцать,
Повеса или наркоман…
На вид как будто и пятнадцать,
Короче – умненький болван!
Грог, взяв фото
Такие сами умирают,
Убив себя самим собой…
Такие в облаках летают,
Махнув на жизнь худой рукой…
Денит, тыча пальцем
С той стороны адрес ушлёпка,
А далше ты работай сам…
Ну, я пошёл, звонит мой Стёпка.
Счастливо Грог и тихо там.
Денит исчезает. Грог про себя
Прости, пацан, но так бывает…
Три дня тебе осталось жить,
А может два, никто не знает
Где кончится судьбины нить.


Накрыла ночь кафе и Грога,
Повсюду светят фонари…
Уж улеглись и лишь дорога
Не знает ночи и зари.
Живёт, живёт не зная горя
Парнишка молодой в «горах»,
Сейчас он спит, бедняга Боря
Не знает, что готовит страх.
Страх гонит Грога среди ночи
По адресу на фото той,
Хоть Грога валит в сон, нет мочи
И сам Морфей кричит: постой!
Но, нет, в два ночи бесы правят,
Грог среди них давно уж свой,
Они силки ему расставят,
Грог в эти сети с головой.
И деньги, деньги ведь большие,
Их надо вскоре оправдать,
Они свои ведь, не чужие,
К тому ж, не надо воровать.
Да и потом, с такой монетой,
Кто ляжет спать? Один дурак,
Прикрывшись утренней газетой
Цветной – «Охотник и рыбак».
А мы люди иного рода,
Когда два миллиона «жгут»,
Не можем спать в теченье года
И всё одно – Москва, Сургут.
Итак, друзья, Грог-киллер едет,
А что же делает Борис?
Ведь он не знает и не бредит,
Спокоен он как кипарис.
На монитор глаза направив,
Горизонтально он прилёг,
Мысль о будильнике оставив,
Пустился в думы на утёк…
Он часто думает о вечном,
О беспробудной суете,
О мимолётном, быстротечном,
Непревзойдённой красоте…
К своим годам он научился
Писать, считать, да сочинять,
Врать не умеет, как не бился
Его учитель научать.
С душою чистой, грех не зная,
О близости он лишь мечтал,
Едва себя превозмогая,
До двадцати он до шагал,
Чуть-чуть спортсмен, едва-философ,
Минуя армию совсем,
Живёт он как-то без вопросов,
Красив, застенчив между тем…
Пишет стихи, пишет картины,
Высок и строен как-никак,
Подарок сладкий для Мальвины,
Жаль беден, сирота, чудак…
Ну, вот и весь Борис Имиров,
Меланхоличный и простой,
Чуждающийся разных пиров
И погребений под землёй.
А между тем Грог ближе, ближе,
В чёрном пакете пистолет,
Им сатана один и движет…
На перекрёстке красный свет…
И вот отсюда всё начнётся,
Грогу мешают небеса,
А почему? Что ж, пусть несётся
Сюжет как пыль от колеса…


Три ночи. Начался ливень. Квартира Бориса. Раздаётся звонок телефонный. Борис принимает звонок.
На том конце провода мужской голос
Алло, Борис, Борис Имиров?
Вас беспокоит Лунерёв.
Срочно уйдите из квартиры!
Идите в парк «Волшебный клёв»!
Борис недоумевая
Алло, я слышу, успокойтесь,
Как вы узнали номер мой?
Ошиблись вы, не беспокойтесь,
Бывает часто так со мной.
На том конце панически
Если б ошибся я, то имя
Твоё Борис я б не назвал.
Хватай пацан своё-ка вымя
И дуй, а-то считай пропал!
Борис встревоженно
А что случилось в самом деле?
Куда в три ночи мне бежать
И от кого, ведь я в постеле?
Завтра на лекции вставать!
Лунерёв
Одень-ка капюшон Имиров,
Тебя хотят скоро убить!
Надеюсь, что я без нажимов?
Ответь, Борис: ты хочешь жить?
Борис уже у окна, глядя на тот дом
Конечно-да, что за вопросы?
Ладно, оденусь и иду…
В такой-то ливень сунуть носа…
Я отключаюсь: ду-ду-ду!

Квартира погрузилась во тьму. Сыграл замок входной двери. Борис, одев капюшон и серые джинсы летит по ступеням, как метла. Через две минуты бега, он уже достиг арки парка «Волшебный клёв». Странно, подумал Грог, видя бегущего подростка: не моя ли эта жертва?
Дурные мысли, Грог, оставив,
Мол, мало ли какой пацан,
Но всё же шагу поприбавив,
Уж у подъезда. Там диван…
Диван стоит заставив двери,
Тяжёлый, старенький диван,
Но Грог сему не хочет верить,
Он думает: «какой болван?
Какого чёрта, кто поставил?
Как людям завтра выходить?
Может, спецально кто заставил?
Подумать надо, покурить…»
Грог сел довольно аккуратно
И поразмыслил вот о чём…
«Что, если жертва знает? Ладно;
Диван приволокли вдвоём.
Пацан закрыт в своём подъезде.
Диван тяжёлый, мне никак…»
Какой-то голос: Грог, объдьте,
А нет, окно есть и чердак.
«Нет, не полезу, на кой надо?
Я-профи, а не скалолаз…
Соседний дом, оттуда гада
Я и пришью, ведь глаз – алмаз!»
Грог так и сделал, накурившись,
Зашёл, как вор в соседний дом,
Уже на третьем очутившись,
Звонит в звонок, направив ствол.
Голос женский из квартиры
Вы время видели? Четыре!
Четыре ночи, чёрт возьми!
«Наверно, к этой простодыре!»
Вы кто, к кому сюда пришли?
Грог
Бабуля, я-сосед, напротив,
Напротив вас, бабуль, живу,
Тут горе у меня, откройте,
Я долго вас не задержу.
Бабуля, по ту сторону
А голос ваш мне не знакомый…
А как зовут тебя милок?
Неуж-то ты тот парень Томы?
Какое горе-то сынок?
Грог
Да, вы откройте же бабуля,
Ну, неудобно через дверь…
«Уже психует даже пуля»,
Я вас не съем, я же не зверь.
Бабушка, уходя в глубь квартиры
Сейчас накину, да вернуся,
В подъезде холодно милок…
Внуча, проснись, проснись Викуся,
Пади к тебе опять дружок.
Вика, просыпаясь
Бабуль, ты чё, а сколько время?
Четыре ночи, что стряслось?
Какая там опять затея?
Опять сердечко затряслось…
Бабушка
Да, нет, здоровье-то отлично,
Я в туаелет пошла и вдруг
Какой-то парень неприлично,
Звонит нам в дверь, а мне-испуг.
Вика, махнув
Дак, прогони его заразу,
Никто не нужен мне сейчас,
А лучше полицаев сразу
Ты вызывай и жди их час.
Бабушка
Всё так и сделаю я внуча…
Какой-то странный этот тип…
Пусть полицейских всяких куча
Приедут. Я пошла. Ты – спи.

Бабушка уходит на кухню, пройдя прихожку, тихо как мышь. Включив свет, находит телефон. Набирает номер полисменов, сообщая о грабителе. На том конце заверяют, что будут скоро, ожидайте.

А Грог, измученный трпеньем,
Пронюхал что к чему и с тем,
С каким-то странным невезеньем
Покинул дом, да насовсем.
Не знает Грог, что жертвы нету
Внутри своей квартиры и
Приняв диван за ту монету,
Слегка, да угодил в силки.
Запутать Грога – вот задача
Тех, кто Бориса смог спасти;
С диваном вышло всё удачно,
Грог думает, что он внутри.
Пусть ломится и ищет способ,
Один уже он провалил,
Пускай на всех он смотрит косо,
Гипопотам и крокодил.
А между тем ночь расстворилась,
Для солнца бил небесный звон,
Но на востоке, нам же снилась
Бутылка под аккардеон.
Итак, расссвет слегка запутал
Неспавшего Бориса вдруг,
Парк лужами его окутал,
Но одиночества испуг
Им овладел в одно мгновенье,
Ведь Лунерёва ожидал,
Но тишина, оцепененье…
Имиров нервно задрожал.
Он лунерёва ждал час с лишнем,
Вокруг скамей летал не раз,
Везь парк он обошёл, как нищий,
Который всюду кинет глаз.
Борис в раздумье; ватны руки,
Как после треснувшей любви:
«Что если Голос – это муки
За прегрешения мои?
Ведь голоса и впрямь бывают
Из космоса или небес,
То топят, то они спасают,
Но кто посланник, Бог иль бес?
И если Голос был мне свыше,
А передатчик – Лунерёв,
Да и не важно в чьей там «крыше»
Прпобудится небесный зов…
Я в парке! Что мне делать дальше?
Скоро светает, я не спал…
Где голос неба как и раньше?
Может поехать на вокзал?
Нет-нет, ведь это раздвоенье,
Я говорю ведь сам с собой,
А голос тот… его веленье,
Звучит таинственно собой!
Но голос тих, значит хозяин
Мыслям и действиям своим
Я – сам, а голос тот оставим
Дням незатейлевым, другим…»


И так пошёл наш парень смело
Из парка мокрый весь до слёз,
А на асфальте кто-то мелом
Оставил надпись: тайна роз…
Но это не смутило мысли
И действия Бориса вмиг,
Он зол, как медвежонок грызли,
Но слаб, как президент Джон Стиг…
Да и куда там что-то думать,
В недоумении идя,
Да и зачем кого-то слушать,
Когда и сам идёшь гудя?
Оставим парня же в покое,
Ему ещё плестись, плестись…
Подумал, что тот Голос – злое,
Но знаем – удалось спастись,
Борис, пока, не верно мыслит…
Мы так же – реденько правы,
Если не правы, ка-то кисло
Лицо жуёт пучок травы…
Я редко прав, но я стараюсь
Правдивым быть с самим собой,
Поэтому и упражняюсь
С неистовою головой.
Кто мудр здесь, тот глуп на небе,
Не будем забывать о том,
Что из-за неба есть рост хлеба,
А урожай уже потом…
Надеюсь же, что не расстроил,
А если так, то ободрись,
Если к мечте ты путь построил:
Твёрдо иди, да не споткнись!

юморздоровьесчастье
25%
0
2
0 GOLOS
0
В избранное
anto
На Golos с 2017 M06
2
0

Зарегистрируйтесь, чтобы проголосовать за пост или написать комментарий

Авторы получают вознаграждение, когда пользователи голосуют за их посты. Голосующие читатели также получают вознаграждение за свои голоса.

Зарегистрироваться
Комментарии (0)
Сортировать по:
Сначала старые