Пришельцы с небес. Глава 5.

Дорогие читатели! Не молчите. Оставляйте свои отзывы. Правильно интерпретируемая критика создаёт плацдарм для дальнейшего движения вперёд.


Предыдущие главы: пролог | глава 1 | глава 2 | глава 3 | глава 4
/// следующая глава


Хорлак Амонтин любил свой истребитель. Эта машина для убийства нравилась ему своим хищным профилем, а вид рельсовых пушек и боевых лазеров, выглядывающих из обтекателей, вызывал у него трепет и зуд в пальцах. Хорлак относился к той категории воинов, которые воевали ради войны и славы. Будь у него возможность, он бы не вылезал из истребителя совсем. Кроме того, он надеялся в скором времени стать командиром истребителя. Предпосылки для этого были – он великолепно умел взаимодействовать с машиной и нашивки «стрелок первого класса» не смог получить только потому, что его на испытании обогнала юная, но холодная и рассчётливая выскочка – Мора.

Когда он станет командиром истребителя, то выберет себе в пилоты такого же грубого, сильного, чёткого бойца, который, как он сам, будет готов порвать глотку кому угодно… Но сейчас он сам был подначальным, причём командовала им девушка - Асинта Файр.

Хорлак эту крылатую бестию и любил, и ненавидел одновременно. Она его бесила своей фраерской правильностью, но ещё больше его злило то, что она не желала с ним никак общаться.

Асинта, как казалось ей самой, очень хорошо знала, что собой представляет её напарник, и ей не очень нравилось воевать с таким «гадом». Кроме того, она была весьма гордой натурой. В глубине души она, может быть, и испытывала к нему тёплые чувства, но это только усиливало её ответную агрессию. Их командир, как ни странно, относился к этому болвану не очень строго и даже просил её быть с ним помягче. К тому же, столь неприятному назначению было адекватное объяснение – в звене есть две слаженные, дружные пары, которые не пожелают разойтись, а ещё в двух парах есть два не очень благонадёжных элемента, которых ни в коем случае нельзя сажать на один истребитель. На всякий случай. «Они всех монийцев разгонят раньше, чем остальные успеют вступить в бой», сказал Врон тогда с усмешкой. Поэтому приходилось терпеть.

Внезапно её внимание привлекло странное поведение навигационных приборов. Координаты истребителя стали меняться самым нереальным образом, а потом дисплей навигационной системы выдал: «Система ориентации не может установить координаты истребителя. Причина: выход из строя глобальной модели системы».

Похоже, зря они лезут к этой аномальной планете.

- Командир! Разрешите доложить! Вышла из строя система ориентации! Что прикажете делать?

- Готошшш ошшдия к бою несмотря ни на чтш шшшнь открываете по мошшш шшшш ш шшазу же как мошшш шезче отворашшшете в противоположшш шш шшанеты сторшш…

«Ну вот, и рация шуршит!» - пронеслось в голове Асинты, а сама она выкрикнула в ответ:

- Так точно! Уже готовим!

Прошло несколько секунд - и начала глючить система управления экзорелектором, затем – система контроля генератора.

-Асинта, у одной из пушек перестал работать прицел! – доложил Хорлак.

Это обращение было не совсем уставное, но Огненной Бабочке, как её прозвал один из офицеров на базе, некогда было обращать внимание на такие условности, потому что в этот момент начали происходить совершенно дикие вещи. Приборы, весело подмигивая индикаторами, принялись дружно сходить с ума один за другим, истребитель понемногу терял управление. «Не смотря ни на что!» - бились в голове Асинты слова командира. В борьбе с выходящим из повиновения истребителем прошли ещё 30 секунд…

- Огонь! – необычайно чётко раздался в шлемофоне голос Врона.

Хорлак нажал на гашетку. Выстрелили только три пушки. Затем Асинта попыталась вывернуть машину назад, как приказал командир, но ей удалось только слегка отклонить истребитель в сторону. Машина вышла из-под контроля окончательно и бесповоротно. Приборы бредили в электрической агонии, дисплеи и индикаторы беспорядочно мигали и отключались один за другим. Затем всё резко погасло – вышел из строя генератор истребителя.

- ****** ****! – ругнулся Хорлак и со всей силы ударил рукой по панели управления оружейными системами. Затем открыл НЗ, подумал, закрыл. Посмотрел на планету, к которой они теперь бесконтрольно неслись на скорости примерно 15 км/с.

Ася вздохнула и обречённо закрыла глаза. Вшивый-плешивый, а ведь не только её машина умерла! Из всего звена отвернуть не успел никто. И с командиром связаться нельзя – шлемофоны тоже отключились. Всё ближайшее время ей придётся провести с этим ненормальным. Да как он вообще мог быть сюда зачислен! И сейчас, наверное, сидит и мечтает о том, как бы её потрогать или совершить что-нибудь ещё более противоправное.

В этом она ошибалась. Хорлак в этот момент думал не об этом, а о том, что жизнь, ****, несправедлива.

Он мечтал с детства о великих подвигах, в конце концов – о сытной, спокойной жизни, если не будет условий для первого, но ни то, ни другое не сбывалось. Сначала ему портил существование урод-отец, который гонял на космодроме грузовоз, и почти все заработанные деньги он тратил на всякие прелести, которые употреблял вместе со своими безбашенными дружками. Мать он тоже помнил, но плохо – её не стало, когда ему было три года. Обрывки воспоминаний о её тепле и нежности иногда наплывали на него, вызывая приступы глухой тоски. Сверстники - они тоже ненавидели его из-за одного случая... Ну разве он был виноват в том, что игрушечный звездолёт потерял управление, упал с большой высоты и ударил по голове его друга, который был старше его года на три? После этого все стали его дружно травить, где бы они ни встретились... А может. Причиной послужила не неудачно упавшая игрушка, а происхождение из низших слоёв общества? Так или иначе, в конце концов Хорлак разочаровался и в жизни, и в трурнийцах. Он стал всех ненавидеть.

Друзей он нашёл только в средней школе. Вместе они стали серьёзной силой и теперь уже никто не мог чувствовать себя в безопасности – Хорлак успел накопить за прошедшую жизнь море ненависти, и так, как ему некуда было её девать, он вместе со своими приятелями вымещал её на других. Их боялись даже старшекурсники. Правда, бойцовская лафа длилась недолго – вскоре они выяснили, что за такие вещи очень легко схлопотать большие проблемы от преподов и стражей порядка.

Ситуация поменялась в лучшую сторону, когда они сразу после школы поступили в столичное лётное училище. В то самое, куда в своё время попал Врон. Там Хорлак и его товарищи, пользуясь своей спаянностью, вскоре завоевали себе достойное место среди прочих курсантов. Вот только досаждать другим не оставалось уже ни времени, ни сил… Впрочем, и думать об этом не было времени, так что Хорлак чувствовал там себя вполне комфортно. Жрать дают – а что ещё надо? Ну гоняют сильно, да, но это же не беда...

А потом они вдвоём с одним из товарищей – его звали Клещ Патнар - оказались в действующей армии. И не просто там где-то, а в особой эскадрилье! Ну конечно, где ещё они могли оказаться! Теорию они знали не очень, но вот с боевой техникой дружили великолепно.

Однако вскоре он и этим фактом был разочарован. Во-первых, половина личного состава состояла из девушек. Они были очень красивые, особенно Асинта. Но никто из них почему-то не желал с ними общаться. Да ещё Врон Камур взял и рассадил их по разным машинам… Конечно, с Асей летать приятно, но иногда не очень – Хорлак часто страдал от того, что она никак не хотела с ним дружить.

И вот теперь их истребители вдруг взяли, разом, ****, сдохли и теперь падают на эту сволочную планету… Конечно, их траектория весьма удобна для посадки, но… ******, что их ждёт в её ******** дебрях?!

Последний полёт истребителя продолжался в полном молчании. Асинте не о чём было говорить с Хорлаком. Вот если бы рядом была Оса Флинс или Орания Корг…

Они познакомились в казарме женского военно-космического училища и сразу обнаружили, что между ними много общего. Все трое любили космос, сладкую нугу и приключения. Приятельские отношения очень быстро окрепли и превратились в дружбу, а между Осой и Орой, похоже, даже в ещё нечто большее... Они втроём изучали технику управления различными истребителями, теорию космического боя, вместе проводили свободное время. Которого было очень мало.

«Вы собираетесь в действующую армию, а не на прогулку, поэтому извольте учиться по полной программе!» - любила повторять их наставница. И они учились, учились, тренировались и тренировались, благодаря чему регулярно получали отметки «хорошо» и «отлично». И болтали в свободное время по вечерам обо всём, что видели и слышали за день.

Некоторый дискомфорт они начали испытывать на четвёртом курсе – в это время они приступили к тренировке на тренажёрах, имитирующих двухместные машины. Одной из них приходилось летать в отрыве от остальных подруг с другой курсанткой. Эту роль на себя, как правило, брала Асинта – она была из них самая спокойная и могла поладить практически со всеми. Чаще всего она летала с Морой Искарой – одинокой девушкой, которая великолепно управляла истребителем и виртуозно владела всеми видами бортового вооружения. От других курсанток она отличалась исключительной замкнутостью и всё свободное время проводила особняком от остальных, изучая различные дополнительные материалы. Ася подозревала, что её жизнь чем-то сильно омрачена, но Мора никогда ничего не рассказывала. Она на все расспросы неизменно либо отвечала молчанием, глухим, как переборки звездолёта, либо просила не спрашивать больше. Из неё так ничего и не получилось вытащить.

Училище они закончили с блеском. Хорошо обученные выпускницы сразу обратили на себя внимание командира особой эскадрильи №345, который присутствовал на выпускном испытании. Он, не долго думая, предложил им вступить в состав своего соединения – как раз в это время к нему поступили новые машины, и ему требовались хорошие пилоты. Вместе с ними попала и Мора. Да и как она могла не попасть – в точности поражения учебных целей её никто не смог преодолеть, её искусством восхищались даже бывалые стрелки.

Они вчетвером оказались в звене Врона Камура - бывалого, опытного воина. Он произвёл неизгладимое впечатление на девушек своей мудростью, рассудительностью, абсолютным бесстрашием и, чего греха таить, как мужчина он, с их точки зрения, был восхитителен. За ним они чувствовали себя, как за каменной стеной. Хотя его решение о назначении Хорлака в подчинение Асе сильно портило жизнь…

Хорлак достал из НЗ паёк, который полагался им на обед, и стал есть. Доев безвкусную краловую пасту, которая входила в стандартный паёк, он высосал тюбик с сельмариновым супом, бросил в желудок пару кусков нирской нуги и довольно причмокнул. Теперь ему хотелось чем-нибудь заняться. Может, заговорить с Бабочкой? Нет, это опасное занятие – она может рассердиться и опять наклепать заявление командиру звена… Хотя… Почему бы и нет? Истребитель уже стокиллограмово на базу не вернётся, значит, и донос она сделать не сможет. В ближайшее время.

Асинта ему очень нравилась. Но между ними лежала глубокая пропасть. Она выросла в интеллигентной семье и ко всем, кто вышел из низших кругов, относилась с некоторой брезгливостью. Хорлак же как раз к одному из этих кругов принадлежал, причём к самому низшему. Да и манеры у него были довольно примитивные и грубые. Даже если он искренне желал собеседнику добра, на слух и на вид это было весьма трудно заметить.

-Ася! Ты меня слышишь?

- Отвали, грубиян.

- А почему ты не хочешь со мной погуторить?

- Потому что ты хам.

- Да, я хам. Меня жизнь таким сделала. Я не виноват. Эмм… можно хоть кончик гривы в руке подержать? Ну самый кончик? Ты мне нравишься…

- Нет! И вообще. Нормальные трурнийцы не прогибаются под жизнь, а строят её, а ты плывёшь по течению, как плыли и твой отец и дед, и только мечтаешь о том, как убить побольше монийцев и меня поцеловать!

- Не трожь моих предков! И, ну, хотя бы погладить…

- Я не желаю с тобой общаться! Грубиян!

- Всего-навсего погладить… По пёрышкам… Ты такая бархатная…

- Нет!!! Всё, заткнись, не желаю тебя слышать!

- А я не хочу затыкаться. Ты такая милая...

- Это очень мило с твоей стороны. Но ещё большую милость ты сделаешь, если отвалишь от меня.

- Ну почему ты такая вредная? Ну подари мне хоть каплю счастья!

«****! Как же от него отвязаться?!» - в ярости подумала Асинта. Командиру не доложишь – связи нет, а что ещё тут можно придумать?

- Ну почему ты не даёшь мне тебя погладить? Я же не хочу ничего плохого! Просто мне с тобой хорошо!

- Я нормальная, в отличие от некоторых, - с сарказмом ответила собеседница.

- Да ну! Разве я ненормальный? Да если бы я был ненормальный, *** бы меня в особую эскадрилью взяли!

- Ты стреляешь хорошо, потому и взяли! Но это ещё не говорит о твоей нормальности!

- Э! Да я тесты на это… на нормальность проходил! И было установлено, что у меня всё нормально!

- У пилотов проверяют только уровень интеллекта, здоровье, скорость реакции и способность адекватно выполнять команды командира! О твоей психической полноценности речи не шло! Тем более что армии нужны солдаты, жаждущие избиения монийцев!

- Раз взяли, значит нормальный! – упорствовал Хорлак. – А ты ругаешься! Сама вонючка!

- Я не спорю с тем, что ты нормальный солдат! Но вот как личность ты отвратителен! Отвали, *****, и не лезь больше!!!

Хорлак решил попробовать другой путь… Надежды мало, но…

- Слыш, ты чё это нарываться принялась? Я тебе ничего дурного не сделал, даже в мыслях не помыслил, а ты чё?! Вот я тебя…

Блямс! Пластиковая ёмкость из-под жидкого обеда ударила его точно в лоб.

- Будешь знать, как нарываться! – крикнула Асинта. – Если мало, я тебе ещё и отвёрткой в глаз добавлю!

И действительно, она зажала в правой руке здоровенную универсальную отвёртку, которая входила в стандартный набор бортовых инструментов на тот случай, если придётся что-нибудь чинить. Весила она никак не меньше четверти кило.

- Да ты что, офанарела! Ты чего нарываешься! Вот я до тебя сейчас доберусь! – Хорлак изобразил ярость, хотя на самом деле это была обида.

- Попробуй только, и получишь отвёрткой в глаз!

- И попробую! И Врон Камур тебе больше не поможет! – крикнул Хорлак и начал отстёгиваться от своего кресла. В серьёзности его намерений сомневаться не приходилось. Освободившись от ремня, он собирался было с наигранной яростью броситься на напарницу, но вдруг резко остановился, с испугом глядя на неё. Её рука замерла на винте, который разгерметизировал и открывал кабину. Истребитель уже шёл во внешнем слое атмосферы, но среда вокруг него ещё была близка к вакууму, так что при открытии кабины в этот момент весь воздух бы из неё ушёл, и экипаж бы задохнулся.

Нос Хорлака побледнел и стал влажным.

- Только посмей меня коснуться! – яростно прошипела она. – Ты знаешь, что будет, если открыть кабину сейчас!

- Да ладно, ты чё! Кончить жизнь самоубийством, только для того, чтобы я не успел тебя тронуть?! - заговорил Хорлак, медленно отползая назад к своему месту. – Я просто погладить тебя хочу.

- Ты вредный бескрылый червяк! Тебе нравится издеваться над теми, кто не может дать тебе отпор! Тронешь меня – и я выпущу кислород! – пугнула его Асинта напоследок и отпустила ручку. Ну в самом деле, как ещё от этого хулигана обороняться? В данных условиях только так, и никак иначе не получится!

Наступила тишина. Истребитель погружался всё глубже в атмосферу, обшивку истребителя обволокла ослепительная огненная пелена, которая слепила глаза. Из-за этого Асинта не могла видеть отражение Хорлака в остеклении кабины.

Хорлак сильно обиделся. Назвать его вредным червяком… Ну он же не вредный и не червяк уж тем более! Как ей доказать, что он её любит?

Говорят, что нежные ласки даже самую злобную стерву смягчают и делают белой и пушистой. Ася – злобная стерва. На ней, наверное, это должно сработать. Только нужно сделать так, чтобы некоторое время она была не в силах сопротивляться. И, на всякий случай, на высоте пониже, а то возьмёт и вправду воздух из корабля выпустит со злости. Ага, а если вынуть этот ремень и зафиксировать ей им руки...

Нужно только дождаться, когда истребитель перестанет быстро тормозить и исчезнет сильное отрицательное ускорение. Тогда он подползёт к ней, схватит крепко и…

Наконец он дождался того момента, когда плазменная пелена на металлостекле побледнела и, решившись, тихонько подполз к ней и напал. Асинта проворонила нападение, и оказалась в совершенно беспомощном положении. Она зарычала и забилась, пытаясь освободиться, но Хорлак держал её крепко. Он уже предвкушал, как он начнёт её нежно-нежно ласкать, её сердце от этого растает и она станет ласковой и пушистой…

Но тут вмешалось аномальное поле планеты. В самый неподходящий момент Хорлак почувствовал в голове такую боль, как будто ему на темя вылили кастрюльку с кипящим маслом, и застонал, корчась от нестерпимых неприятных ощущений. То же самое происходило и с Асей.

Вскоре боль прекратилась, но Хорлак ещё некоторое время не двигался, приходя в себя. Асинта находилась в состоянии стресса (только ли от чувства уязвлённой гордости, или сюда примешивалось ещё какое-то чувство – она не могла понять), а потому пришла в себя быстрее. Не обращая внимание на звон и жжение в голове, она ловко высвободила руки из ремня.

- Гадёныш! Чтобы ты сдох, урод! – выпалила она прямо ему в ухо, захлопнула забрало, открыла кабину и прыгнула. Высота составляла примерно 15 километров. Тугой скоростной поток разряженного воздуха резко затормозил её полёт, и она затерялась где-то за хвостом машины.

Её слова ударили Хорлака по голове, как кувалда. От них ему стало страшно и горько одновременно. Опять жизнь его обломала. А Ася, похоже, теперь его возненавидела ещё пуще. А ведь она ему нравится… Он ничего плохого ей не хочет, правда! Ну почему всё время всё летит праотцам под хвост?! Он никому не нужен… И что сделает Врон, когда узнает о таком вопиющем нарушении дисциплины? Он не сомневался, что Ася расскажет всё и ещё и от себя добавит. Нет, всё в болото… Раз она хочет, чтобы он сдох, он и сдохнет…

Он, задыхаясь от холода, надвинул забрало и некоторое время просто сидел, восстанавливая дыхание и тупо уставившись в лобовое остекление истребителя. Температура за бортом была, по ощущениям, -30 по цельсию. Во всяком случае, нос его не скоро восстановил чувствительность после того, как его обдало встречным потоком ледяного воздуха.

Прыгать или врезаться в землю вместе с машиной? Нет, наверно. Говорят же святые служители, что нет ничего хуже, чем стать самоубийцей… А они, наверное, лучше его знают…

Земля глубоко под ним медленно плыла навстречу. Когда до поверхности оставалось примерно 10 километров, он вздохнул, вывалился наружу и камнем полетел вниз – без крыльев летать всё-таки туговато.

За время падения Хорлак успел съесть большую конфету из НЗ. Фантик он выбросил, и тот остался кувыркаться где-то за хвостом. Его ещё посетила мысль – а стоит ли открыть парашют или всё-таки лучше убиться? Нет… Надо раскрыть. Пусть лучше его съест местное зверьё. Или он умрёт от голода. Во всяком случае, он твёрдо намеревался остаток своей короткой горькой жизни провести в одиночестве…

дбсфантастикафэнтезироманpsk
25%
3
53
0.019 GOLOS
0
В избранное
Иван Соколов-Орлов
Писатель. Просто писатель.
53
0

Зарегистрируйтесь, чтобы проголосовать за пост или написать комментарий

Авторы получают вознаграждение, когда пользователи голосуют за их посты. Голосующие читатели также получают вознаграждение за свои голоса.

Зарегистрироваться
Комментарии (5)
Сортировать по:
Сначала старые