Пришельцы с небес. Глава 32.


пролог | глава 1 | глава 2 | глава 3 | глава 4 | глава 5 | глава 6 | глава 7 | глава 8 | глава 9 | глава 10 | глава 11 | глава 12 | глава 13 | глава 14 | глава 15 | глава 16 | глава 17 | глава 18 | глава 19 | глава 20 | глава 21 | глава 22 | глава 23 | глава 24 | глава 25 | глава 26 | глава 27 | глава 28 | глава 29 | глава 30 | глава 31

/// следующая глава (ссылка станет актуальна после публикации продолжения)


...Вдруг зоркий глаз Врона разглядел среди крон справа, в полутора километрах от траектории их полёта, что-то непонятное, мало похожее на окружающую живую природу. Заинтересовавшись, он приказал изменить курс и посмотреть, что это такое.

Спустя минуту перед трурнийцами предстала верхушка какого-то громадного сооружения, торчащая между крон и местами обвалившаяся. Это была мощная шестиугольная башня сорокаметровой ширины с плоской площадкой на вершине, обнесённой массивной каменной оградой с огромными монолитными зубцами. Строение было очень древнее. С одной стороны стена на ней обвалилась, обнажив несколько этажей. Ветхие, покрытые трещинами стены заросли вьющимися лианами, а на верхней поверхности росла трава и даже несколько чахлых кустиков.

Это оказалось далеко не единственное строение, а только одно из наиболее крупных. Вокруг башни со всех сторон виднелись, либо угадывались под слоем растительности и другие постройки. С севера виднелась огромная площадь, на которой не росло ничего, кроме травы, кустарников и нескольких чахлых деревьев. При более подробном осмотре выяснилось, что они приземлились на высшей точке какого-то большого дворца с множеством пристроек и более мелких башенок. Его границы терялись где-то в буйной зелени, и определить его размеры не представлялось возможным.

Вероятно, это был ещё один город шхрсумчхов. Потому что кто ещё мог построить такой грандиозный архитектурный шедевр?

Трурнийцы приземлились на крышу строения и осмотрелись. Площадка, на которой они оказались, была покрыта тонким неровным слоем почвы, за счёт которой тут и держалась ветхая растительность. Зубчатая ограда сохранилась на удивление хорошо и при её рассмотрении выяснилось, что всё тут сделано из гранита, а не из андезита, как предыдущие постройки. Видимо, поэтому эта башня и стояла до сих пор. И сохранилось тут всё удивительно хорошо. Единственным значительным повреждением был обвал стены с северо-восточной стороны и двадцатисантиметровая трещина, делящая сооружение примерно пополам.

- Умели же они строить, однако, - заметила Ора. – Всё уже землёй заросло, а стоит крепко, при том, что тут явно бывали землятрясения.

Спусков вниз оказалось шесть, и, несмотря на то, что они были довольно широкие, по 2 метра каждый в поперечнике, найти с первого взгляда их было не просто из-за растительности, которая захватила крышу и возвышалась до пояса, а то и по шею.

- Будем лезть вниз? – задал Врон риторический вопрос, ложась на мягкую траву. Казалось, он довольно сильно устал.

- А что нам мешает? – ответила Мора, потом пристально посмотрела на него.

– Всё в порядке? – добавила она тревожно, наблюдая за тяжёлым дыханием командира.

- Всё нормально, - ответил Врон и резко поднялся, слегка пошатнувшись. – Так будем лезть? Я не всех услышал!

- Я не против.

- И я согласна.

- Хорошо. В таком случае организационный вопрос: кто останется тут?

- Я, - произнесла печально Ора.

- Отлично. Тут остаются Ора и... Мора, - решил Врон. – Не скучайте, во время прохода на Юг мы тут остановимся как минимум на одну ночь, а может, и на несколько суток, так что время полазить будет у всех. Вопросы есть?

- Вот и хорошо. Ася, идём.

Они начали спускаться по замшелой лестнице вниз. Вход вёл в широкое низкое помещение в форме неправильного пятигранника с глубокими окнами в наружных стенах. Толщина стен и потолка была от одного до полутора метров, а высота комнаты – примерно 4. В стене, противоположной наружному углу, находилась дверь.

Это помещение когда-то, по всей видимости играло роль чердака. Пол был весь засыпан остатками какой-то мебели, очевидно, деревянной, которые были покрыты толстым слоем пыли, местами заросли мхом и травой и так сильно разложились, что уже нельзя было понять, что же это была за мебель. Всё это было перемешано с всякими обломками, черепками, осколками и прочим неидентифицируемым хламом.

В некоторых местах, главным образом, по углам, предметы интерьера сохранились в несколько лучшем качестве, и это были, главным образом, крупные каменные сосуды высотой до метра и полметра шириной. Некоторые из них были при-крыты крышками. К разочарованию мародёров, ничего особо интересного в них не обнаружилось. Часть из них оказалась забита какими-то остатками, которые когда-то были чем-то. Остальные амфоры имели на стенках и дне следы каких-то жидкостей. По всей видимости, тут находилось что-то типа продуктового склада.

Врон прошёл в дверь. За ней находилась шикарная шестиугольная лестничная клетка с шестью дверями, из одной из которых они и вышли. От трёх рёбер вниз отходили лестницы, а другие три ребра были огорожены балюстрадой. Трёхметровой ширины спуски шли куда-то вниз. На их краях ещё сохранились местами следы изящных перил. Один пролёт обрушился, некоторые его обломки лежали на нижней лестнице несколькими метрами ниже. В потолке зияло огромное шестиугольное отверстие, служившее, видимо, для освещения, а лестницы, идущие по граням, спускались куда-то глубоко вниз, во тьму.

Обход и осмотр всего этажа у него с Орой занял не очень много времени, так как планировка тут была довольно простая, и смотреть в помещениях особо было нечего – они все были совершенно однотипные и были набиты всё тем же самым хламом.

Осторожно, стараясь не производить слишком много вибраций, они спустились на уровень ниже Тут высота помещений была уже выше наполовину. И тут тоже было шесть пустых дверных проёмов, но они были чуть больше. Трурнийцы в одну из них вошли.

Несмотря на крайнюю древность, было видно, что это когда-то было шикарное место. Об этом свидетельствовали следы изящной лепнины на стенах, потолках и в оконных и дверных проёмах. У одной стены стояли 2 остова, отдалённо напоминавшие по форме диваны. Они были сделаны из металла, ныне покрывшегося толстым слоем окалины, и местами на них сохранились какие-то ошмётки то ли ткани, то ли ещё чего-то подобного. В центре стоял полуразрушенный элемент интерьера в виде тонкой каменной плиты шестиугольной формы, которую по углам поддерживали шесть изогнутых ножек. Он разрушился уже настолько, что к нему было страшно притрагиваться – вся конструкция могла рухнуть в один момент. На полу валялись разложившиеся, разрушенные остатки прежнего благолепия, которое ныне превратилось просто в кучи мусора. Местами в хламе на полу поблёскивали металлические предметы и элементы конструкции.

Особое внимание привлекла россыпь плоских круглых штуковин в одном из углов помещения, перемешанных с окружающим хламом так, что заметить их было непросто. Но Врон быстро их выделил зорким глазом, пошерудил там и подобрал несколько из них. Это были маленькие круглые диски, с круглым отверстием с краю и следами рельефа на обоих сторонах – шесть золотых больших, три золотых маленьких и один, совсем небольшой, из непонятного синеватого металла. Похоже, это были своеобразные деньги, но Врон что-то не мог припомнить, чтобы что-то такое он видел раньше.

- Ора, как ты думаешь, что это? – спросил Врон, показывая ей найденные штуки.

- Монеты наверное…

- Но в разбитой нами гробнице их не было.

Этот факт казался весьма занмательным. Монеты из драгоценных металлов тоже относились к материальным ценностям и, по логике, их-то и должно было находиться там больше всего. Но картина наблюдалась обратная: в том помещении находились все виды драгоценностей, даже просто большие слитки и необработанные драгоценные камни, а обычных денег не было. Оставалось толь-ко догадываться, что это могло значить.

И на этом этаже, и на трёх последующих под ним планировка помещений и содержимое комнат было практически неизменным: те же жалкие остатки былой роскоши, те же остовы и обломки предметов мебели, те же монетки и драгоценности, валяющиеся там и сям в подножном мусоре.

Попадались и неординарные находки. Среди них оказались: около трёх десятков каменных и керамических предметов посуды различной степени сохранности, в некоторых из них были насыпаны монеты, мелкие драгоценные слитки и камушки, а в некоторых – потемневшие хрупкие свитки с текстами; две коллекции холодного оружия общей численностью в 17 единиц, главным образом, это были мечи и ножи; значительное количество столовых приборов и предметов повседневного пользования - некоторые из них были вполне узнаваемы, как ножницы, вилки и остатки ручек с металлическими перьями; необычный четырёхгранный кинжал, клинок которого состоял из какого-то твёрдого розовато-серого камня и был весьма аккуратно заточен; большой шар из беловатого полупрозрачного камня, расколотый надвое; кости какой-то твари, инкрустированные вставками из различных сортов бирюзы и, очевидно, малахита; большой булыжник в виде прямоугольного параллелепипеда, похожий на большой кирпич; несколько маленьких, но толстостенных стеклянных пузырьков с какими-то жидкостями и порошками, намертво запечатанных стеклянными пломбами с помощью какой-то прочной субстанции чёрного цвета.

В одной из комнат на третьем по счёту этаже их ожидал шокирующий сюрприз. По внешнему виду помещение мало чем отличалась от всех предыдущих, но в ней обнаружилась одна деталь – там, прямо на полу, лежали останки двух шхрсумчхов. Экзоскелет сохранился очень хорошо, но толстый слой пыли на нём, чернеющие пустые глазницы и полное отсутствие следов плоти внутри говорили о том, что всё кончилось очень давно. Оба были одеты в изящные лёгкие доспехи. Шлем и ножны с вложенным в них коротким мечом валялись поблизости. Рядом лежал треснувший сосуд, плотно запечатанный крышкой из какого-то непонятного материала.

Врон и Ася некоторое время потрясённо стоя-ли в дверном, рассматривая останки, вероятно, одних из последних представителей великой древней расы.

- Думаю, тут не надо ничего трогать, - сказал Врон. – Идём дальше.

Они осмотрели ещё один этаж, после чего поднялись обратно наверх. Спуститься ниже оказалось невозможно – там все три ведущие вниз лестницы обрушились, разрушив или сильно повредив располагающиеся ниже пролёты. К тому же, солнце уже перевалило зенит, поэтому следовало уже возвращаться назад.

Убедившись, что у Оры и Моры наверху всё было в порядке, Врон приказал поесть. После еды они кратко обсудили итоги исследования шхрсумчхской башни, а потом взлетели и направились в обратный путь.

Погода испортилась. Высоко над землёй повисли тёмные тучи, местами из которых тянулись вниз, к земле дождевые космы. Из-за них путь сильно удлинился, так как всю эту прелесть приходилось облетать. Но, с другой стороны, мощные восходящие потоки тёплого воздуха, ставшие причиной образования грозовых туч, давали и огромное преимущество – они позволяли долго без усилий парить, не теряя высоты.

На обратном пути, во время подлёта к месту, где приземлился монийский челнок, разведчики обратили внимание на одну любопытную деталь, которую непосредственно с земли разглядеть было невозможно: все замеченные ими стада животных мигрировали на северо-восток. И по мере приближения к вулканам зверья, как бегающего, так и летающего, становилось всё меньше. Это вселило в них тревогу.

По прилёту Врон первым делом сообщил Тромонту о своём открытии. Оказывается, для них это открытием не было - несколько раз они чувствовали слабые подземные толчки и наблюдали перемещение мимо них колонны больших муравьеподобных беспозвоночных, которые с большой скоростью уходили куда-то на северо-восток, так же в противоположную от гор сторону.

Всё говорило о том, что скоро тут произойдёт катастрофа существенного масштаба. Однако трурнийцы пока что не очень беспокоились – 20 километров пространства, отделявшего их от вулкана, внушали им иллюзию относительной безопасности.

Остаток дня прошёл спокойно. Бывшие пилоты старательно готовились к походу.

Ещё в первой половине дня Тромонт, Дуб и Маор провели ревизию всего содержимого челнока, отбирая всё, что могло пригодиться в походе. Не обошлось без серьёзных разногласий – Дуб никак не хотел оставлять тут свой набор инструментов, мотивируя это тем, что неизвестно, что может пригодиться. Проблема в том, что всё это весило киллограммов семь. В конце концов сошлись на том, что Дуб это потащит на себе. "В конце концов, можно положить и идти дальше, если будет слишком тяжело", - довольно констатировал он.

Потом Маор с Таураном и Клещом отправились на поиски сьедобностей: неизвестно, что ждало их впереди, а потому имело смысл набрать побольше еды. Дуб занялся подготовкой стрел для рогаток. А Тромонт присоединился к Лайте с Хорлаком, которые разделали окончательно парашют от челнока и шили из него дополнительные плащи и разгрузки. В процессе этого выяснилось, что Хорлак - довольно интересный собеседник, хотя стиль речи у него был весьма своеобразен – грубый и прямой, на манер гопника с окраины. А руки у него оказались весьма прямые и проворные. Так что к закату одёжка была готова для всех, кроме него самого – он единственный мог похвастаться тем, что его лётный комбинезон остался в полной целости. Верхняя одежда получилась довольно грубая и не такая удобная, как хотелось бы, но ею вполне возможно было пользоваться, главное – каждый мог приспособить её под себя благодаря системе завязок.

К вечеру погода снова улучшилась. Образование облаков сошло на нет, и теперь остатки туманных масс, усеянные кусками «живого пенопласта», спокойно стояли высоко над землёй, медленно тая и расплываясь в остановившемся прохладном воз-духе.

Трурнийцы окончили свои дела и собрались около костра, который разжёг Маор. Смысла прятаться больше не было никакого.

- Надо бы напоследок сходить к Осе, побыть с ней в последний раз, - сказал Врон усталым голосом. – неизвестно, будет ли у нас время завтра.

Напоминание о той, которая навсегда останется тут, под холмом, навеяло на сердце тоску. Завтра они уйдут, а Оса останется тут, и некому будет к ней придти, поправить камень, посидеть, сказать что-нибудь...

- Пойдём, - согласился Тромонт.

За прошедшие дни булыжник, поставленный на рыхлую горку земли, просел и на 1/5 погрузился в неё, а грунт уплотнился, и в нескольких местах из него уже проглядывали ростки новой растительности.

Трурнийцы подошли и остановились в скорбном молчании. Никто не знал, что говорить. Ора села около камня, положила руку на него и закрыла глаза. Из-под века у неё скатилась слёзка и капнула на холодную влажную землю.

- Оса, - глухо простонала она и хлюпнула носом. – Мы завтра уходим. А ты остаёшься…

Ора прощалась долго и со слезами. Потом подошли Ася, Мора и Лайта. За ними попрощался Тауран. Он долго стоял над камнем и читал заупокойную молитву. После него прошли все остальные.

- Прощай, Оса, мы к тебе не вернёмся, - сказал Врон напоследок. Эти слова вызвали у Оры ещё один приступ плача.

Вулкан продолжал дымить, поднимая в воздух клубы пыли и вулканического газа, но таких выбросов, как в первый раз, больше не было. Клубящийся неровный столб, поднявшись на некоторую высоту, проползал полупрозрачной беловато-серой полосой над головой и таял где-то вдалеке над горизонтом, растворяясь в чистом прозрачном воздухе. Солнце опустилось за холмы. Небо сначала покраснело, потом приняло фиолетово-синие оттенки и начало темнеть.

На смену яркому тёплому вечеру пришла тёмная ясная ночь. На небосводе стали видны тысячи звёзд, среди которых простиралась широкая туманная полоса – Призрачный путь. Это было скопление звёзд, находящихся в тысячах и десятках тысяч световых лет, но, казалось, что если взлететь достаточно высоко, то можно в него погрузиться и полетать в нём, гоняясь за звёздами-искорками, рассыпанными в бездонной пустоте.

Наверно, Оса сейчас именно этим и занималась. Или, возможно, чем-нибудь другим. Живым пути ушедших неведомы...

дбсфантастикафэнтезиромантворчество
25%
0
99
15.069 GOLOS
0
В избранное
Иван Соколов-Орлов
Писатель. Просто писатель.
99
0

Зарегистрируйтесь, чтобы проголосовать за пост или написать комментарий

Авторы получают вознаграждение, когда пользователи голосуют за их посты. Голосующие читатели также получают вознаграждение за свои голоса.

Зарегистрироваться
Комментарии (3)
Сортировать по:
Сначала старые